Наталья Судленкова

В 1999 году Наталья Судленкова получила в Чехии политическое убежище. Она приехала сюда из Беларуси, где была одним из лидеров оппозиции режиму Лукашенко. Также в Беларуси Наталья занималась и бизнесом. Последнее время белорусские власти требуют выдачи Натальи Судленковой, обвиняя ее в экономических преступлениях на территории своей страны. Многие помнят скандал, когда Наталья Судленкова, тогда уже работавшая в белорусской редакции радио «Свобода» была арестована на чешско-немецкой границе в соответствии с международным ордером Интерпола на ее арест. Однако аргументы Минска что госпожа Судленкова украла много денег и совершила ряд экономических преступлений показались и Чехии, и Германии неубедительными, явно говоря - политическими. Наталья была отпущена из полицейского участка. Помимо того, что сейчас Наталья Судленкова работает на радио «Свобода», она является и пражским корреспондентом газеты «Известия». А еще пишет в самый авторитетный чешский журнал Tyden. Наш разговор с Натальей я начал с вопроса: А почему в качестве страны, где стоит попросить политическое убежище, она в свое время выбрала именно Чехию.

- Вообще мы исходили из нескольких соображений и было несколько посылов для этого. Я раньше бывала в Чехии, и мне Чехия очень нравилась. Мне казалось, что мы можем найти взаимопонимание с чехами, и что у нас не будет какого-то отторжения. Это была первая причина. И вторая - у нас было много здесь знакомых, которые уже выехали сюда, и мы надеялись, что если нам будет тяжело, то мы сможем обратиться к ним за помощью.

- А был когда-нибудь в вашей жизни момент, что вы пожалели, что попросили убежище в Чехии, а не, например, в Германии?

- Если сказать совсем честно, то, пожалуй нет... Нет. У меня кстати, не один раз спрашивали это. Я даже не знаю, с чем это связано. Или это то, что Чехия такая страна или то, что я такой человек, что не рассматриваю варианты: «А что было бы, если бы...» Есть такая данность, которая есть, и я стараюсь в таких условиях выживать и создавать для себя жизнь комфортной в этой данности.

- Какая ваша версия отъезда из Беларуси... Белорусские власти выдвигают экономические причины... А какие были настоящие причины?

- Сказать, что никаких экономических причин не было - это было бы просто соврать. Экономические причины, безусловно, были, другое дело, что эти проблемы были созданы искусственно. Мои проблемы с Александром Григорьевичем начались еще задолго до того, как он стал Президентом. Эти проблемы начались еще с его избирательной кампании, когда ко мне пришел человек, который, кстати, сейчас тоже уже уехал жить в Чехию, и имеет здесь фирму в Праге, и вот он сказал: «Мы большие бизнесмены, давай мы будем иметь своего президента». И когда он назвал мне фамилию, я сказала: «Ты уходи и лучше ко мне с этим именем никогда не возвращайся». Потому что я никогда не финансировала большевиков, и не собираюсь это делать ни в каком виде. И мы поддерживали вообще совершенно другого кандидата на выборах, не финансово, мы его поддерживали организационно, то есть мои люди работали в его кампании, и мы это не скрывали, это был Станислав Шушкевич, я до сих пор считаю, что он был лучшим кандидатом на пост президента Республики Беларусь. И первые проблемы у начались сразу после того, как Лукашенко стал президентом. Начались какие-то наезды, мы от этого отбились, доказали, что мы были правы. А потом начались попытки привлечь меня на свою сторону, мне предлагали даже место пресс-секретаря Лукашенко. Потом без моего согласия и присутствия меня назначили вице-президентом пролукашеновского Союза Предпринимателей. Постоянно происходили какие-то такие вещи, взаимопонимания мы с ним все равно не находили, и потом, когда я уже выдвигалась кандидатом в депутаты Верховного Совета, и настаивала на том, что как только я буду избрана, я буду голосовать за импичмент Лукашенко. Это было в 1996 году, потом Лукашенко разогнал парламент, выборы были сорваны и началась массированная атака на нас, были заблокированы счета, стало невозможно делать ничего.

- А вы какую то опасность сейчас представляете для режима Лукашенко? Вы занимаете внутрибелорусскими делами или отошли от этого?

- Я активно этим не занимаюсь. Я работаю как журналист. Работаю много по белорусской теме, очень много об этом пишу и в Чехии, и для российской прессы, и если я поддерживаю белорусскую оппозицию, то, скорее, консультациями и советами.

- Можно ли объективно писать на белорусскую тему, не находясь там, в Беларуси?

- Безусловно, можно. Мы же не оторваны информационно, ни в коем случае. Я постоянно смотрю как ежевечерний допинг выпуск белорусских новостей. Это меня очень взбадривает. Напоминает о реалиях. Плюс там остались родители, осталась масса друзей, с которыми мы находимся в непрерывном контакте и я реально знаю, что там происходит.

- Посоветовали ли бы вы людям идти по пути прошения политического убежища? Насколько это тяжело психически - ожидание результата, и физически - само проживание в лагере беженцев?

- Мне очень часто задают этот вопрос и я нашла для себя один ответ: «Для кого-то стакан всегда полон, для кого-то стакан всегда пуст». Кто-то в лагере страдает, а я в лагере не страдала. Когда я приехала в карантин и впервые за несколько лет я оказалась в ситуации, что не боюсь выглянуть в окошко и не вздрагиваю, когда у меня звонит телефон. Когда я знаю, что я с моим сыном, которому тогда было два месяца, смогу спокойно заснуть и свободно проснуться, зная, что у меня под окном не будет стоять машина наружного наблюдения. Поэтому для меня карантин был просто отдыхом. Когда же я переехала в лагерь, то была масса всяких занятий, которыми я занималась с огромным удовольствием. Я, например, очень люблю шить и вышивать. Но долгое время, пока я жила и работала в Беларуси, у меня не было этой возможности. У меня не было времени читать, времени даже подумать о том, что вообще в жизни происходит. Может, на меня еще и не давила обстановка в лагере потому, что мы были с ребенком в отдельной комнате. Я могла просто закрыться и ни на кого не обращать внимания. Что касается, советовать ли кому просить убежище... Надо быть готовым к тому, что это долгое ожидание без гарантии получения положительного ответа и надо быть готовым к тому, чтобы бороться. Надо доказывать. Нельзя думать, что если ты слушал радио «Свобода» и «Голос Америки» и получил две бумажки, что сходил на митинги, то тебе сразу дадут убежище... Нет. Этого не будет.

- Вы считаете, что чешские государственные органы объективно относятся к людям, которые просят политическое убежище? К ним и к рассмотрению их дел...

- Как я смотрю, за последние пять лет ситуация изменилась, причем изменилась в лучшую сторону. Вот я сужу по белорусам. Чешские органы поднаторели, гораздо лучше оценивают ситуацию в Беларуси и достаточно объективно судят. Хотя бывают и другие случаи. Вот у меня подруга, она казахская татарка, они со своим мужем были вынуждены уехать оттуда потому, что они перешли в христианство и их преследовали там... Так вот эта семья очень долго не могла получить убежище, им отказывали на основании того, что Казахстан - это демократическое государство.

- Распространено мнение, что среди просителей убежища достаточно много аферистов, что люди просят убежище лишь для того, чтобы иметь основание долгое время находится в новой стране...Вы согласны с этим?

- Да, однозначно. Однозначно! Тут даже и говорить нечего. Их там просто толпы. Что же касается молдаван или украинцев, это тоже не секрет, что многие из них просто так называемые экономические беженцы, или ищут возможность легализоваться, или у них закончилась виза и они ищут какие-то варианты остаться.

- Лично вас изменил лагерь беженцев?

- Я не могу сказать, что изменил. Он показал мне абсолютно новые грани жизненные. Там я поняла, что в жизни не бывает черного и белого. Я смотрю на лагерь как на школу жизни.

На этом наша программа подошла к концу. Гостем «Разговора напрямую» была Наталья Судленкова.