Полтора десятилетия в ЕС: Чехия в поисках евроидентичности

01-05-2019

1 мая 2004 года Чешская Республика начала отсчет нового этапа своей истории, став членом Европейского союза. Пятнадцать лет назад к объединенной Европе присоединились сразу десять новых стран – помимо Чехии, в ЕС вошли другие бывшие участники соцлагеря – Венгрия, Словакия, Польша, Словения, ранее относившаяся к Югославии, три бывших республики СССР – Латвия, Литва и Эстония, а также Кипр и Мальта. Для стран, имевших за плечами опыт социалистических режимов, присоединение к ЕС означало окончательное падение «железного занавеса» и возвращение в семью свободных народов Европы.

Foto: pixel2013, Pixabay / CC0Foto: pixel2013, Pixabay / CC0

Интересно, что идея панъевропеизма, неоднократно выдвигавшиеся на протяжении многих веков истории Старого Света, в своем современном варианте была сформулирована Рихардом Куденхове-Калерги, будущим гражданином Чехословакии, который провел свои детство и юность в Западной Чехии, на границе Австро-Венгрии и Германии и называл «недорозумением» границы, разделявшие европейские страны. Особый смысл идея объединения приобрела после Второй мировой войны, когда проблема сохранения мира на континенте и противостояния советской экспансии стала для европейцев вопросом выживания.

После «пятого расширения» 2004 года Евросоюз затем принял в свои ряды еще три новых страны: Румынию и Болгарию в 2007 и Хорватию в 2013 году. До выхода Великобритании Евросоюз объединяет 28 стран с более чем полумиллиардным населением.

Девятнадцать стран ЕС ввели в обращение единую валюту – евро, которая создает так называемую еврозону. Чешская Республика, в отличие от Словакии, Словении и стран Балтии, сохраняет свою национальную валюту – чешскую крону.

В наши дни политика расширения предусматривает постепенное присоединение к ЕС балканских государств и стран Восточной Европы. И хотя Евросоюз переживает непростые времена, идея единения континента при сохранении своеобразия культур и равноправия его народов остается основополагающей для этой части света. Некоторые государства вступление в Евросоюз приняли в качестве своего главного политического вектора развития.

Как менялось отношение граждан Чехии к пребыванию своей страны в составе ЕС?

В канун присоединения Чешской Республики к Европейскому союзу – 1 мая 2004 года, позитивную оценку этому шагу давало подавляющее большинство граждан. Свое «Да» Евросоюзу во время референдума 2003-го сказали 77% голосовавших. Сегодня, то есть в первой половине 2019 года, согласно опросу «Median», осуществленного по заказу «Чешского Радио», позитивно членство своей страны в ЕС оценивает более шестидесяти процентов респондентов. По данным агентств «Behavio», STEM и «Europeum» – пятьдесят шесть. Однако на протяжении последних полутора десятилетий показатели поддержки членства в ЕС чешскими гражданами претерпевали ощутимые изменения.

Так, например, в 2010 г. – 59%, в апреле и ноябре 2012 г., соответственно, 43 и 47%. В 2015 и 2016 годах, по данным STEM, со знаком плюс о ЕС говорили меньше 40% граждан чешского государства. С 2017 начался новый рост, однако, до уровня 2003 года еще достаточно далеко.

На вопросы «Радио Прага» отвечает глава правления агентства STEM Ян Гартл.

Слава дойной коровы и рога изобилия

Ян Гартл, фото: Khalil BaalbakiЯн Гартл, фото: Khalil Baalbaki «Изначально Европейский союз для нас являлся воплощением девиза – «Возвращаемся в Европу, в семью самых развитых стран!» Объяснялось это тем, что многие граждане в первую очередь от вступления в ЕС ожидали роста жизненного уровня и стандартов. Многие были наивны, думая, что ЕС – это своеобразный «деньговод», извергающий «золотые монеты», благодаря которым очень быстро поднимется степень процветания нашей экономики. В последующие же годы стало ясно, что все не так уж просто. На пути к вожделенному результату, как оказалось, нам были уготованы различные испытания. Одним из таковых стал экономический кризис, который в полной мере у нас проявился в 2010 году. Наше отношение к Европейскому союзу пострадало также из-за миграционного кризиса. Непосредственно нас эта проблема не коснулась, но на представления людей о Евросоюзе повлияла серьезно», – говорит представитель агентства.

В настоящий момент, считает Ян Гартл, Чехия находится в некоем промежуточном состоянии: «Мы уже не считаем ЕС «рогом изобилия». Хотя еще 3-4 года назад у нас постоянно говорили о том, сколько денег приплывет к нам из европейских фондов, как будто бы сущностью нашего «европейства» является только получение денег.

Когда же респондентам STEM мы задавали вопрос об ожидаемом самочувствии чешских граждан в момент, когда наша страна займет позицию чистого плательщика взносов в общеевропейский бюджет, тут-то мы и ощутили – сколь преходящей может быть слава аргумента о «роге изобилия»».

Фото: Michael Gaida, PixabayФото: Michael Gaida, Pixabay На ответе, подчеркивает Ян Гартл, отражается еще и то, что значительная часть перечисленного из европейских фондов, была использована весьма своеобразным способом, а что-то и вовсе разворовано. Множество людей обращают внимание на то, что, хотя европейских денег у нас инвестировалось много, но частенько они вкладывались не в самое необходимое».

Гордость европейца с привкусом скепсиса

Односторонне, узко материальное и прагматическое восприятие членства в Чехии в ЕС слабеет.

«С другой же стороны мы наблюдаем, насколько Европа привлекательна для нашей общественности. Нам приятно ощущать себя европейцами. Мы стремимся к европейскому сотрудничеству. Однако сегодняшний Европейский союз и его институты управления, по представлениям наших граждан, работают плохо, делают множество ошибок. Причем все это может быть мнимым, так как большое количество людей в функционировании ЕС не разбирается и вопросом этим вовсе не интересуется. Но у них присутствует такое поверхностное ощущение, что с Евросоюзом что-то не то», – комментирует Ян Гартл из STEM.

Коррупционные проблемы, связанные с получением европейских дотаций, касаются не одной только Чешской Республики, но и других стран «Вышеградской четверки» (Чехия, Словакия, Польша, Венгрия). Хотя, например, Брюссель критикует Польшу, а у Венгрии с ЕС вовсе откровенные проблемы, если сравнивать страны V4, то Чехия отличается самым высоким уровнем евроскептицизма.

Фото: European Union 2017, EPФото: European Union 2017, EP«Это правда. Дело в том, что мы так и не смогли добраться до сути нашего собственного участия в проекте под названием «Европейский союз». У людей создалось впечатление, что наши представители в ЕС пассивны, что их никто не замечает. Есть мнение, что эта проблема связана непосредственно с нами, с тем, что политики неспособны или не стремятся продвигать нашу позицию. Ранее не было исключением и то, что по причине слабых языковых возможностей, наши представители не могли неформально, по-дружески обсуждать самые насущные проблемы с коллегами по европарламенту. Они не могли, с целью укрепления наших позиций, использовать возможности так называемых кулуарных бесед».

По словам председателя правления агентства STEM Яна Гартла, его изумляло, что при отъезде чешских делегаций, например в Брюссель, не возникало вопросом по поводу чешской позиции по тому или иному вопросу. Никого не интересовало – с кем они консультировались, и чьей поддержкой удалось заручиться. Ну, а после возвращения никого не интересовали результаты поездки.

«Предполагалось, что Европейский союз никого не интересует. И действительно, 15 лет никого ЕС, в кавычках – не занимал, до тех пор, пока мы не оказались в положении, что в СМИ с европейской тематикой можно пробиться всего с несколькими предложениями и максимально на несколько десятков секунд эфирного времени».

Мы просто стали лучше жить, но потеряли ощущение развития

Фото: Филип Яндоурек, Чешское радиоФото: Филип Яндоурек, Чешское радио Но, несмотря на это, именно для граждан, которых не очень глубоко интересуют дела ЕС, попробуем остаться у коротких обобщающих определений. Что Чешской Республике принесли 15 лет членства в Европейском союзе?

«Мы можем совершенно определенно говорить о росте жизненного уровня, об усилении развития нашей экономики, об открывшихся возможностях модернизации, о выводе нашей экономики на более продвинутый современный технологический уровень. Здесь же можно сказать о том, на что чаще всего обращают свое внимание обычные жители – о внешнем виде наших городов. Из них исчезают черные и серые оттенки, так характерные для наших населенных пунктов при прошлом режиме. Города расцветают. Мы просто стали лучше жить.

Наша актуальная проблема заключается не в том, что было в прошлом и не в том, что мы наблюдаем сегодня. Мы потеряли энергию стремления в будущее, оказались в состоянии неопределенности. У людей появилось ощущение, что все происходящее не имеет смысла, что мы уже никуда не продвигаемся. Наша собственная идентификация, как граждан Европы весьма слабая. Это лишь некое ощущение, не имеющее четких контуров».

Фото: Karolina Grabowska, PixabayФото: Karolina Grabowska, Pixabay Вы считаете, что в таком положении дел виновны чешские политики, которые просто не смогли донести европейскую тематику до сердец чешской общественности?

«Это однозначно вина политиков, но не только их одних, – уверен глава правления агентства STEM Ян Гартл. – Это также проблема представителей нашей академической среды. В создавшейся ситуации виновато также малодушие наших СМИ, которые предпочитают тематику, без лишних усилий поддающуюся медиализации. На первом месте оказываются легкие темы, предполагающие короткую форму презентации. То, что требует более сложного обсуждения, просто пропускается.

Постепенно мы можем оказаться в ситуации, когда нас на систематической основе окружают информационным коктейлем из осколков мелких банальностей».

Если общественность не захочет

Фото: Ленка ЖижковаФото: Ленка Жижкова Если не появится давления со стороны политиков, специалистов и, конечно, жаждущей изменений общественности, то мы будем получать исключительно фрагментарную информацию о второстепенных, якобы забавных событиях. Ключевая информация останется вне поля внимания, считает Ян Гартл:

«О серьезных вещах не только сложно информировать, так как для этого необходимо что-то изучить, для этого необходимо еще найти и интересную форму, позволяющую рассказать слушателям о нелегких проблемах. Это невозможно сделать в коротком формате, измеряющемся несколькими десятками секунд. Сложная тема нуждается в разъяснениях.

Чтобы не быть голословным, возьмем для примера реформу пенсионной системы. Прежде чем поведать о ее сути, сначала необходимо объяснить, как у нас функционирует ныне действующая система. Потом нужно пояснить, как пенсионное обеспечение могло бы работать, так как в других странах ее результативность от нашей отличается. И только потом можно представить новую концепцию, которая могла бы возникнуть у нас. И вот ваш материал уже, как минимум в пять раз длиннее, чем то, что вы могли бы рассказать в рамках новостного материала обычной продолжительности. С европейской интеграцией происходит подобное».

01-05-2019