Сто лет назад родился изобретатель контактных линз

В воскресенье 27 октября исполнилось сто лет со дня рождения известного чешского химика Отто Вихтерле, которому должны быть благодарны все очкарики планеты. В 1961 году Вихтерле создал из полимера НЕМА мягкие контактные линзы. Сейчас их носит более ста миллионов человек во всем мире. Отто Вихтерле был не только блестящим ученым, но и человеком с активной гражданской позицией.

Отто Вихтерле (Фото: Архив Академии наук ЧР)Отто Вихтерле (Фото: Архив Академии наук ЧР) Отто Вихтерле появился на свет в 1913-м году в моравском городе Простейов, в семье предпринимателей. Потом, уже в Праге, за ним закрепилось прозвище «Виков».

«Потому что я родом из города Простейов, там находилась фабрика, производившая автомобили «Виков» (WIKOV) – это сокращенная аббревиатура фамилий Вихтерле и Коваржик. Это был крупный завод, работавший до начала Второй мировой войны. Когда я подрос, моя семья уже его лишилась»,

- вспоминал позднее химик.

В шестилетнем возрасте Отто чуть не утонул в озерце с навозной жижей, доктора делали прогнозы, что больше года мальчик не протянет. Но Отто выжил. В школу он пошел лишь в восемь лет, зато сразу в пятый класс. Он долгое время не мог определиться с будущей специальностью, поскольку интересов у него было множество – он мечтал стать математиком, инженером, влекла его и минералогия. К химии будущего изобретателя привела случайность.

«Один знакомый мне посоветовал. Я изначально хотел идти учиться в машиностроительный, но он сказал, что химия лучше. Так я пошел на химию, и сделал правильно».

Отто Вихтерле и его профессор Эмиль Воточек (Фото: Архив Академии наук ЧР)Отто Вихтерле и его профессор Эмиль Воточек (Фото: Архив Академии наук ЧР) Во время Второй мировой войны нацисты закрыли в Чехословакии все университеты. Отто, к тому времени защитивший вторую докторскую диссертацию по химии, устроился на работу в химические лаборатории обувного короля Бати в Злине, где работал над изучением свойств нейлоновых волокон. Уже в военное время в лабораториях Бати были произведены первые носки и дамские капроновые колготки из силона – полиамидного волокна, которое в отличие от нейлона производилось из более дешевого сырья. Позднее Вихтерле рассказывал:

«Когда я вышел на работу в Злине, я спросил у своего начальника доцента Ланды, над чем я буду работать. А он ответил – делайте то, что считаете нужным. Когда вы поймете, что ваши исследования могут быть полезными для компании, сообщите нам об этом. И я открыл силон».

Надо сказать, что в производстве силона Чехословакия занимала лидирующие позиции в мире. Выпуск этого волокна был прекращен лишь в начале 1990-х годов. Сам Вихтерле с удовольствием вспоминал о работе у знаменитого промышленника. Он разбудил во мне предпринимательский дух, говорил ученый.

Томаш Батя (Фото: ЧТ24)Томаш Батя (Фото: ЧТ24) «Зарплата всех сотрудников предприятия Бати зависела от доходов и потерь компании. Поэтому все работали так, чтобы компания получала прибыль, не была в минусе. Я не помню такого, чтобы хотя бы одно из подразделений заводов Бати не давало прибыли, если такое и бывало, то лишь очень короткое время. Чувство общей ответственности за результат труда, которое Томаш Батя давал своим сотрудникам, было для них огромным стимулом. Кстати, империя Бати имело большое сходство с социалистической системой, что подтверждает и отношение самого Бати к Советскому Союзу. Отношения между СССР и обувным королем были враждебными, но уважительными».

Давайте послушаем, как ученый относился к своей работе.

«Я считаю, что настоящий ученый должен посвящать предмету своих изысканий по 80-100 часов в неделю. И понятно, что никто не будет проводить столько времени за тяжелой работой, которая его не вдохновляет. Намного больших успехов в творческой работе можно достигнуть, когда работа не воспринимается как обязанность, когда она сама подстегивает ученого. Только тогда, когда ученый работает с радостью или даже со страстью, он может быть максимально эффективен».

Фото: Милош Турек, Чешское радиоФото: Милош Турек, Чешское радио О своем самом известном изобретении чешский химик не любил говорить. Когда очередной журналист спрашивал его о контактных линзах, ученый ограничивался тем, что вынимал их из собственных глаз и вставлял обратно.

«Ну, это же такая старая история, что об этом говорить. Актуально это изобретение только потому, что до сих пор приносит прибыль нашей промышленности. Хотя большую часть из того, что мы могли бы иметь, мы потеряли. Мы заработали на линзах около четверти миллиарда крон, а могли бы иметь больше миллиарда. Но в семидесятые годы представители нашей Академии наук хотели любой ценой обесценить мои достижения и делали огромные уступки зарубежным партнерам. Из-за этого Чехословакия потеряла огромные деньги»,

- вспоминал академик Отто Вихтерле в 1990 году.

Импульсом для работы над созданием контактных линз стал для Вихтерле разговор с коллегой в поезде. Коллега читал статью о возможностях замены глаза путем хирургического вмешательства, и химику пришла в голову мысль о том, что более эффективным может быть использование полимеров. С начала пятидесятых годов Вихтерле изучал возможности синтеза перекрестно-сшитых гидрогелей, пытаясь найти материал, который подходил бы для постоянного контакта с живыми тканями.

Фото: Милош Турек, Чешское радиоФото: Милош Турек, Чешское радио В 1953 году он разработал прозрачный гидрогель, способный поглощать до 40% воды и обладавший нужными механическими свойствами. Но первые контактные линзы были изготовлены лишь в 1961 году. В то время ученый работал дома, поскольку министерство здравоохранения решило отказаться от изысканий из-за того, что они долго не приносили результатов. Известно, что первые мягкие линзы Вихтерле создал при помощи деталей чешского конструктора «Меркур», динамо-машины от велосипеда и моторчика от граммофона.

В 1965 году без ведома Вихтерле патент на его изобретение был продан американцам. Когда в 1971 году было получено разрешение на вывод линз на американский рынок, акции компании Bausch & Lom, купившей патент, за одну ночь выросли на 250 млн долларов. Отто Вихтерле в этот момент интересовали совсем другие вещи. В конце шестидесятых годов он активно включается в политическую жизнь страны и становится одним из инициаторов возникновения манифеста «2 000 слов». Манифест, опубликованный в июне 1968 года сразу в нескольких чехословацких газетах, был одним из важнейших документов «Пражской весны». Представители интеллигенции говорили в нем о политических ошибках всего послевоенного периода и начавшемся процессе реформ.

Фото: Милош Турек, Чешское радиоФото: Милош Турек, Чешское радио «Мы тогда несколько наивно полагали, что нам удастся удержать те демократические процессы, которые начались в Чехословакии в 1968 году. Но все надежды спустя несколько месяцев разбила советская оккупация»,

- вспоминал ученый.

Отто Вихтерле признавался, что готов был эмигрировать. Сообщение о вторжении в Чехословакию войск Варшавского договора застигло его на конгрессе в Канаде.

«Я был готов остаться за границей, если бы знал, что мне грозит смертная казнь. Как только я узнал, что мне грозит лишь тюрьма, и даже она меня, как ни странно, не ждала, я тут же вернулся. То, что меня лишили каких-то постов, все это можно было легко пережить. Объективности ради надо признать, что ученых-"техников" после 1968 года преследовали намного меньше, чем представителей гуманитарных наук. Все это можно было пережить».

В 1969 году Отто Вихтерле был освобожден от должности директора Института макромолекулярной химии и остался работать в институте как обычный ученый.

Отто Вихтерле (Фото: ЧТ24)Отто Вихтерле (Фото: ЧТ24) «Меня это не пугало, ничего другого я и не ждал. За мной числилось слишком много «смертных» грехов с 1968 года, и приказы из Москвы не оставляли другого выхода. Наши люди были лишь исполнителями воли советских властей. Конечно, я разочаровался в некоторых своих коллегах, но главное – я разочаровался в Советском Союзе, которому всегда симпатизировал».

Несмотря на то, что политические взгляды ученого отрицательно сказались на его научной деятельности – его лишили возможности читать лекции и иметь учеников, он по-философски относился к тому периоду в своей жизни.

«Ну, чего теперь жалеть! Я же мог в тридцать лет умереть от рака, например».

Любопытно, что сам академик никогда не был членом какой-либо партии. Хотя, как он признавался, в юности он очень хотел вступить в ряды коммунистов.

«Меня очень привлекала коммунистическая партия. То, что я не стал ее членом, можно объяснить лишь тем, что меня бы туда никто не принял. Я был выходцем из семьи капиталистов, хотя и почти разорившихся. Я думаю, что больше всего симпатий компартии вызывают там, где они не находятся у власти. И у нас страшные перемены в партии произошли после того, как она захватила власть».

Ученый приветствовал начало «бархатной» революции. В 1990 году Вихтерле занял пост президента Академии наук, который возглавлял на протяжении трех лет. Его именем был назван астероид. Скончался Отто Вихтерле 18 августа 1998 года.