115 лет назад еврея Гилснера обвинили в ритуальном убийстве

115 лет назад, в сентябре 1899 года, в чешском городе Кутна-Гора начался процесс по обвинению в ритуальном убийстве юной девушки еврея Леопольда Гилснера. Разбирательство по делу Гилснера затянулось на два года. Обвиняемому дважды выносился смертный приговор, но он все-таки остался жив.

Леопольд ГилснерЛеопольд Гилснер Сегодня мы в очередной раз полистаем чешский календарь и заглянем в 1899 год – год, когда антисемитские настроения в чешском обществе достигли своего апогея. Впоследствии, уже в 20 веке, евреям, жившим на территории Чехии, предстоит пережить немало трагедий – тысячи из них из них попадут в нацистский концлагерь Терезин, а оттуда в печи Освенцима. Но в 19 столетии именно обвинение Леопольда Гилснера в ритуальном убийстве девушки-христианки по всей красе показало, с какой неприязнью относятся чехи к своим соотечественникам иудейского вероисповедания.

Тело 19-летней жительницы деревни Мале-Вежнички Анежки (Агнессы) Грузовой, покрытое глубокими ранами, было обнаружено в лесу неподалеку от города Полна в конце марта 1899 года. Убитая потеряла много крови, но рядом с трупом крови было мало, что могло бы свидетельствовать о том, что убийство произошло в другом месте, и убийца просто перенес тело. Но следователи сочли это доказательством того, что девушку убили евреи, чтобы использовать ее кровь для изготовления пасхальной мацы.

Тело 19-летней Анежки Грузовой было обнаружено в лесу неподалеку от города ПолнаТело 19-летней Анежки Грузовой было обнаружено в лесу неподалеку от города Полна Подозрение в убийстве пало на безработного еврея из бедной семьи Леопольда Гилснера. Ему на тот момент было 22 года, и он любил ходить на прогулки в тот самый лес, где нашли тело Анежки Грузовой. Леопольд учился на обувщика и пробовал получить другие специальности, но толку из него не вышло, поэтому он жил за счет матери и иногда ходил на подработки. Все свидетельствовало о том, что Гилснер никогда не встречался с Анежкой Грузовой и не разговаривал с ней. Тем не менее, на первых допросах он из страха давал неправдивые показания, усилив тем самым подозрения следователей. Версия о ритуальном убийстве евреем христианской девушки многим пришлась по вкусу, и колесо юстиции пришло в движение.

Историк Михал Франкл из пражского Еврейского музея связывает дело Гилснера с нарастанием политического антисемитизма в Центральной Европе, начавшимся в 1870-е годы.

Историк Михал Франкл (Фото: Архив Чешского радио - Радио Прага)Историк Михал Франкл (Фото: Архив Чешского радио - Радио Прага) «Краеугольным камнем антисемитизма является теория о еврейском заговоре, и в нее на более примитивном уровне прекрасно вписывается обвинение евреев в ритуальных убийствах. Ведь это наглядный пример того, что евреи делают с другими народами. Если на одной странице газеты описывалось убийство христианской девушки в Полне, и то, как социальные демократы, продавшиеся евреям, расшатывают единство чешского народа и сосут все соки из чешской экономики, то можно понять, почему рассказам о ритуальных убийствах все так легко верили».

Как возникли суеверия о ритуальных убийствах, совершаемых евреями, рассказывает историк Мартин Кучера.

«Первым импульсом к распространению слухов о ритуальных убийствах стало убийство монаха-капуцина в Дамаске в 1843 году. Местных евреев обвинили в том, что они убили монаха, чтобы использовать его кровь. Потом случилось убийство двух школьников в российской Саратовской губернии, давшее толчок волне погромов в начале 1880-х годов. Таких убийств было намного больше. Часто речь шла об убийствах на сексуальной почве, для раскрытия которых у криминалистики того времени не было технических возможностей. Поэтому все сваливали на евреев. Часто обвинения выдвигались толпой, народом, и их подхватывала пресса. Интересно, что антисемитизм охватывал все слои общества, без социальных различий».

Могила Анежки ГрузовойМогила Анежки Грузовой Процесс над Гилснером вызвал яркую вспышку ненависти к евреям не только в Чехии, но и в других частях Австро-Венгрии. Чешское общество разделилось на два лагеря – защитников и противников обвиняемого. Но, несмотря на то, что все доказательства против Гилснера были весьма сомнительными, он сломался и даже признался в том, чего не совершал. И был приговорен к смертной казни. К счастью для Гилснера, в рядах его сторонников был и будущий президент Чехословацкой республики – профессор Карлова университета Томаш Гарриг Масарик. Он подверг острой критике антисемитизм чешского общества и предрассудки о ритуальных убийствах и потребовал возобновления судебного разбирательства по делу об убийстве Грузовой. Отметим, что тогда Масарик стал объектом антисемитских нападок, ему всерьез угрожали расправой. Но будущий «батюшка» чешского народа все-таки добился открытия нового судебного процесса – на этот раз суд заседал в городе Писек. Но и во второй раз судьи признали Гилснера виновным, и снова наказанием ему была смертная казнь.

Почему процесс в Писеке закончился вынесением обвинительного приговора, объясняет историк Михал Франкл.

Судебный процесс с Леопольдом ГилснеромСудебный процесс с Леопольдом Гилснером «Было заметно, что жители Полны было абсолютно убеждены в том, что произошло именно ритуальное убийство. Постоянно появлялись новые свидетели, которые готовы были подтвердить версию о вине Леопольда Гилснера».

Любопытно, что в новом процессе Гилснеру приписали соучастие в убийстве еще одной девушки, некой Марии Климовой, совершенном два года назад и оставшимся нераскрытым. Историки сходятся во мнении, что этот ход позволил судьям заменить версию о ритуальном убийстве более правдоподобной – о том, что Гилснер совершал преступления на сексуальной почве.

«Ведь почему Масарик так радовался возобновлению судебного процесса? Потому что врачи Карлова университета, которые первоначально предоставили очень странное заключение о смерти Грузовой, для второго процесса подготовили другое заключение, намного более профессиональное. И оно не подтверждало версию о ритуальном убийстве. Гилснера во втором процессе осуждают за убийство, но это уже не ритуальное убийство, как в первом процессе»,

- говорит Мартин Кучера.

Профессор Масарик не сдал своих позиций даже после второго смертного приговора для Леопольда Гилснера. В итоге император Франц Иосиф I сменил осужденному наказание на пожизненное заключение, и предполагаемый убийца провел в австро-венгерских тюрьмах почти 20 лет. В 1918 году его выпустили на свободу, но так никогда и не реабилитировали, хотя в Чехии есть энтузиасты, которые до сих пор добиваются восстановления доброго имени еврея из Полны. Гилснер дожил до 51 года – ходили слухи, что он женился, но они не подтвердились, он умер от рака в Вене. Чешский президент Масарик долгое время оказывал ему финансовую поддержку.

Но кто же убил Анежку Грузову, если не Гилснер, спросите вы. Ответить на этот вопрос, наверное, уже никто не сможет. Но говорят, что в день своей смерти брат Агнессы Ян Груза признался, что убил свою сестру из-за денег, и устроил все так, чтобы казалось, что речь идет о ритуальном убийстве.

А вот историков до сих не оставляет вопрос – есть ли связь между антисемитизмом 19 века с его ритуальными убийствами и погромами и тем, что происходило в европейских концлагерях во время Второй мировой войны? Ведь в то время, когда в Писеке проходило второе разбирательство дела Леопольда Гилснера, в Австрии ходил в школу 11-летний Адольф Гитлер. Вот что думает Михал Франкл из Еврейского музея Праги:

«Конечно, преемственность тут налицо. Именно в конце 19 столетия антисемитизм превращается в политическое движение, и политики начинают осознавать, что это прекрасный инструмент для мобилизации масс, для получения поддержки народа. Но нужно подчеркнуть, что до Первой мировой войны политический антисемитизм не был особенно успешным. Радикальным антисемитам не удавалось выигрывать выборы, все зависело от их готовности к компромиссам и способности сделать антисемитизм частью более широкой программы, способной привлечь большую группу избирателей. Поэтому говорить о преемственности можно, но влияла не только она, но и другие факторы».