Терезин – лебединая песня европейской интеллигенции

12-08-2009

Сегодня в рубрике «Портреты» - встреча с писателями, историками и педагогами Еленой и Сергеем Макаровыми. Мы расскажем о той грани их творческой и научной деятельности, которая связана с историей Чехии - с годами Второй мировой войны и одним из самых страшных мест того времени — терезинском лагере.

Елена Макарова (слева)Елена Макарова (слева) Елена Макарова родилась в Баку, жила в Москве, а с 1990 года — в Иерусалиме. Окончила художественное училище и Литинститут имени Горького, является автором 27 книг и свыше 80 публикаций, среди которых художественная проза, труды по искусствоведению и истории Терезина. Ее произведения переводились на 12 языков. В работе по изучению истории Терезина ей помогает ее супруг Сергей Макаров, основное внимание которого сосредоточено на исторических и общественных темах.

Мы встретилась в мае в Терезине, вскоре после вернисажа выставки Макаровых, посвященной художнику и литератору Петру Кину. Об этой замечательной и чрезвычайно трогательной экспозиции мы рассказывали в одной из наших передач. Почему именно Терезин стал вашей темой, которой вы занимаетесь уже более 20 лет?

«В принципе, у меня от жизни такое ощущение, что мы, наше поколение, мы выросли все на руинах, потому что была огромная культура, от которой остались одни осколки и, естественно, что это преобразило или изменило человечество, то есть, и Европу, и Россию. Там был Гулаг, здесь Холокост. Слишком огромная утрата культурного пласта. Если так можно сказать про этих живых — каждого, единственного».

Поразительно то, что многие узники этого концлагеря, в том числе, и дети, которые находились в нечеловеческих условиях, жили в ожидании транспорта смерти в Освенцим (хотя некоторые и надеялись на спасение или не знали, что их ждет), не опускались, а, наоборот, стремились к творчеству и интеллектуальной деятельности: сочиняли музыку, писали стихи и пьесы, ставили спектакли, читали лекции...

«Как сказал мне один замечательный человек, который все это пережил: «Голова была еврейская, а тело — немецкое. То есть, голова постоянно выдумывала, как выбраться на свободу. Но были люди, которые поняли, что на свободу им не выбраться физически. Что есть другой тип свободы, и это — творчество, та творческая энергия, которая может тебя спасти, пока ты жив. По воле всяких обстоятельств — и исторических, и культурных — сюда попало много людей, способных доказать на самом деле, что это единственный способ не выживать, нет, жить».

Насколько 20-летнее изучение истории Терезина помогает вам в профессии искусствотерапевта?

«Для меня это полигон и для моих собственных мыслей. Мне тоже очень важно знать, где эта свобода, как помочь человеку стать свободным, если он, я не знаю, болен психически или потерял ребенка, пережил травматическую ситуацию или даже нормальную. Например, помочь человеку, которому всю жизнь объясняли, что он не умеет рисовать, взять уголь и провести линию»

Вместе со своим супругом вы написали книгу об австрийской художнице Фридл Дикер-Брандейс, которая в 1942 году попала в Терезинское гетто, учила детей рисовать, а накануне депортации в Освенцим, в октябре 1944 года собрала 5000 рисунков своих учеников в чемодан, который был спрятан в инфекционном отделении концлагеря, благодаря чему эти работы сохранились до наших дней...

«Я сейчас учу по ее системе, и это приносит огромные плоды, а она шла за Иттеном, за Кандинским, это — традиция. Эти исследования помогают вытащить ужасно важные культурные коды и вернуть их в нашу реальность. Например, то, что человек, добившийся больших успехов в одной области, может достичь значительных результатов и в другой. Как, например, Кин, который был не только прекрасным дизайнером книг, но и литератором. Спрашивался, зачем он творил, если осознавал, что его убъют? Вряд ли это было связано с какой-то определенной целью. Скорее, с творческой энергией.»

Благодаря вашим исследованиям, которые продолжаются уже более 20 лет, был издан 4-х томник под названием «Университет над бездной»:

«Это все четыре тома про Терезин. Первый том – дневники, второй – дети, третий – лекции, четвертый – искусство, театр, музыка. Эти все книги написаны совместно мной и Сережей, пусть он расскажет».

«Это, собственно говоря, серия из четырех книг, которые вместе составляют самую широкую картину терезинской истории на русском языке. Можно условно сказать, что это – терезинская энциклопедия. Четыре тома стали появляться с 2002 года. Задумана была эта серия с тем, чтобы отразить все стороны этого невероятного феномена терезинского, который одни называют лебединой песней европейской интеллигенции, потому что элита была уничтожена, другие – самым высоким расцветом культуры в условиях тюрьмы. Главным является не фактография и не статистика, а именно человеческая личность. Каждый из авторов дневника, это, можно сказать, наш с вами близкий знакомый, интересный человек. Недавно мне пришло в голову, что то, чем занимается Лена, а я помогаю, это – история в контексте истории. Это - такой взгляд на Холокост и его участников», - говорит Сергей Макаров.

Вспомниаются слова Германа Гессе о том, что «механическая судьба огромных масс никогда не будет иметь для нашего сердца и ума того значения, которое приобретает подлинная, неповторимая, до конца пережитая жизнь отдельного человека»...

Послушаем фрагмент из стихотворения «Вид из кафе»… Произведение это было написано в Терезине в 1943 году 14-летним поэтом Ганушем Гахенбургом в детском подпольном журнале «Ведем» («Мы ведем»):

«Это кафе — прекрасное место для жалкой натуры,
Стаканчик чаю добудешь наверняка.
Фальшивит музычка. Взираю я свысока
На колючую проволоку немецкой комендатуры.
Девушки кофе разносят — улыбка как на заказ -
И мне вполне хорошо сейчас.

Хорошо развлекаться и делать хорошую мину.
(А внизу катафалк толкая, везут мертвеца)
Старики-доходяги, свою торопят кончину, -
Сил уже нет, недалеко до конца.
А за спиною — зеленая богадельня,
Где от тифа десятками мрут еженедельно...»

Фото: Мартина Шнайбергова

12-08-2009