День борьбы за свободу и демократию

Как вы уже, наверное, знаете 17 ноября в Чехии отмечается государственный праздник - День борьбы за свободу и демократию. Историки пытаются понять правдивый ход событий, записывают воспоминания очевидцев Бархатной революции и анализируют полученные данные. Что послужило основным импульсом для Бархатной революции, о чем задумывались молодые люди тех времен, и как воспринимают события тех лет сегодняшние студенты? На эти вопросы мы постараемся ответить в нашей сегодняшней передаче.

Ноябрь 1989, ПрагаНоябрь 1989, Прага Ян Грон является студентом 4-го курса кафедры чешского языка и литературы философского факультета Пражского университета. В свободное от учебы время он работает на Чешском Радио или занимается общественной деятельностью в Студенческом комитете. В прошлом году ему удалось организовать встречу учащихся вузов с экс-президентом Чехии и одним из главных действующих лиц Бархатной революции Вацлавом Гавелом. Подобный диалог, по мнению Яна, очень важен, поскольку помогает молодым людям осознать те ценности, ради которых 16 лет назад такие же юноши и девушки отважно вышли на улицы для того, чтобы сказать однозначное «НЕТ!» тоталитарному режиму. Ян, как по Вашему, современное поколение воспринимает поступок студентов-участников Бархатной революции?

«Попробую обобщить: для меня это значит не быть равнодушным к тому, что происходит вокруг, стараться оказать влияние на действительность. Потому что ноябрь 1989 года и «Бархатная революция» стали доказательством того, что это возможно, что если люди объединятся и смогут ясно сформулировать свои идеи, у них есть шанс повлиять на ход истории. История - это не молох, который уничтожает человеческие судьбы. Если люди смогут объединиться, то они способны изменить этот мир».

 Вацлав Гавел (ноябрь 1989) Вацлав Гавел (ноябрь 1989) Кандидат наук Мирослав Ванек возглавляет Центр Устной истории Академии Наук Чешской Республики. В этом году он и его коллеги издали двухтомник под названием «Победители? Побежденные?», в котором опубликовано 50 интервью с непосредственными участниками Бархатной революции: бывшими диссидентами и коммунистами. Материалов было собрано гораздо больше, однако, в книгу было отобрано самое интересное. Такой же подход использовал Мирослав Ванек несколько лет тому назад, когда работал над книгой «Сто студенческих революций». Каким же было молодое поколение чехов и словаков, которые, в отличие от своих родителей, не испытали шок 1968 года, однако жизнь при коммунистическом режиме считали невозможной?

«Сначала мы думали, что главную роль в этом сыграло воспитание в семье, которое формирует мировоззрение. Безусловно, это было очень важно. Однако, еще большее значение имело то, каким образом молодежь проводила свободное время. В отличие от Польши, где во главе угла стояла экономика, для нас был принципиально важным вопрос окружающей среды, экологии. Люди в Северной Чехии, Северной Моравии, Праге не хотели жить в таких условиях, не хотели, чтобы этим загрязненным воздухом дышали их дети», - говорит Мирослав Ванек.

На севере страны в городе Теплице, например, состоялась демонстрация, в которой приняло участие около 2 тысяч человек. Тогда люди вышли на улицы не по политическим соображениям, а потому что просто задыхались от смога. Но это была и политическая проблема, поскольку за состояние окружающей среды отвечает правительство.

«В 2002 году мы издали книгу под названием «Острова вольнодумия». В ней говорится о тех явлениях в обществе, которые сначала не были политическими, но позднее ими стали. Молодые люди начали обращать внимание на то, что нарушаются законы. И они задавались вопросами: а почему нам нельзя путешествовать за границу? Или слушать музыку, которую слушает весь мир? Или, в конце концов, носить джинсы?»

В 80-е годы в странах социалистического блока, в том числе, бывшей Чехословакии, становится популярной рок и поп-музыка. Поклонники этой культуры собирались в группы, у них формировались общие взгляды на жизнь. Отчетливо проявлялись и другие направления, например, миротворческие инициативы, благотворительная деятельность молодых христиан, слеты членов скаутских кружков, которые выезжали на природу, собирались у костра и пели песни под гитару...

Определенную роль в формировании мировоззрения студентов накануне Бархатной революции сыграл и самиздат. Среди читателей распространялись книги и переводы запрещенных авторов, а также информация о деятельности оппозиционной организации Хартия-77. Особой популярностью пользовались роман Швандрлика «Черные бароны» и роман Шкворецкого «Танковый корпус». Однако, эти произведения могли попасть в руки немногих, максимально, нескольких тысяч человек.

15 января 1989, манифестация в память о студенте Яне Палахе15 января 1989, манифестация в память о студенте Яне Палахе «Достаточно активно работали студенческие журналы. Несмотря на то, что некоторые из них издавались под эгидой Социалистического Союза молодежи, в них довольно критически рассматривался вопрос существования этой организации в вузах, печатались призывы к отмене лекций марксизма-ленинизма, военных кафедр, 4-го пункта Конституции Чехословакии, в котором речь шла о ведущей роли Коммунистической партии и тому подобное».

Однако, стало бы вышесказанное возможно в случае, если бы в Советском Союзе и других государствах бывшего социалистического лагеря, в том числе, ГДР, Венгрии, Польше не произошли перемены?

«Это был вопрос времени, к которому готовились обе стороны: и коммунисты, и диссиденты. Коммунисты собирались провести чрезвычайный съезд 10 декабря, на котором к руководству партией могли прийти другие люди. В декабре в день защиты прав человека оппозиция готовила демонстрацию, на которую должно было прийти 30-40 тысяч человек. Однако, однозначно, импульс пришел извне. Изначальные изменения должны были произойти в СССР».

Первое открытое столкновение между полицейскими и студентами пришлось на 15 января 1989 года. По инициативе диссидентов на Вацлавской площади состоялась манифестация в память о студенте Яне Палахе, который в 1969 году в знак протеста против оккупации Чехословакии странами Варшавского договора покончил жизнь самосожжением. Против собравшихся на демонстрацию, которая официальными властями была запрещена, были применены дубинки и слезоточивый газ. Во время «Палаховской недели» петиции начали подписывать и люди, которые не считали себя диссидентами. В этот момент они уже чувствовали необходимость высказаться.

17 ноября 1989, Прага17 ноября 1989, Прага 17 ноября разрешенный чехословацкими учреждениями митинг, приуроченный к 50-летию борьбы студентов за свободу, перерос в десятитысячную демонстрацию, направленную против коммунистического режима.

«Это произошло в пятницу. Студенты собрались у здания медицинского факультета. Демонстрация последовала на гору Вышеград, где похоронены наши известные деятели культуры. Оттуда, уже никто не знает почему, процессия направилась в центр города», - рассказывает продекан Философского факультета Пражского университета историк Ян Рыхлик.

В этот день пражская полиция получила два приказа: «Не препятствовать демонстрантам!» и «Не пускать их в центр города!». Студенты были остановлены на Национальном бульваре на пути к Вацлавской площади. Участникам демонстрации предложили разойтись, что некоторые и сделали, оставшиеся были жестоко избиты. Начало Бархатной революции было совсем «не бархатным».

«Это название придумали иностранные журналисты, но я не думаю, что оно полностью отражает события первых дней. Армия находилась в полной боевой готовности, полиция давила на руководство компартии, чтобы оно разрешило применить силу против демонстрантов. Только через некоторое время ситуация более менее успокоилась», - сказал во время встречи со студентами на философском факультете Вацлав Гавел.

18 ноября учащиеся пражских вузов и актеры столичных театров объявили недельную стачку и призвали всех граждан к участию в генеральной забастовке 27 ноября.

Оппозиционное движение, в основу которого в Чехословакии был заложен принцип защиты прав человека, поддерживалось, прежде всего, работниками театров. Студенты 17 ноября с Национального бульвара первым делом пришли в Реалистический театр, где во время премьеры пьесы «Мариша» рассказали о том, что с ними произошло.

«Театры имели привилегию свободной трибуны. Например, в Польше подобную роль играют костелы. Если посмотреть на эру «солидарности» в Польше, мы видим, какое значительное место принадлежит католической церкви. В Чехии это не так, чехи редко ходят в костелы, поэтому местом собраний для них является театр», - говорит директор Института театра Ондржих Черны.

19 ноября в Драматическом клубе был создан Гражданский форум - объединение демократических сил, подобное Новому форуму в ГДР, гражданскому комитету «Солидарность» в Польше или Союзу демократических сил в Болгарии. В его составе были независимые организации, представители церквей и обычные граждане, стремящиеся изменить режим путем мирных переговоров с государственной властью.

«Солидарность» в Польше (Фото: www.spczs.engo.pl)«Солидарность» в Польше (Фото: www.spczs.engo.pl) Гражданский форум создавала интеллигенция. В течение всего времени, что Вацлав Гавел находился во главе этой организации, то есть, до конца 1989 года, он старался, чтобы форум был объединением уважающих друг друга личностей, которое способно заменить классические структуры, то есть, партии. По мнению автора книги «Лабиринты революции» кандидата исторических наук Йиржи Сука:

«С 19 ноября 1989 до февраля 1991 года эта организация была проектом интеллектуалов, который не удался. Было ясно, что плюрализм мнений, который вначале объединял, позднее Гражданскому форуму скорее мешал и тормозил его. Очевидным становится то, что единственной возможной формой политики является политика партий - дисциплинированных и имеющих четкую программу».

Координационный центр Гражданского форума, откуда Гавел руководил процессом революции, располагался в помещениях театра «Латерна Магика».

«В здании Института театра тогда был создан штаб, который вместе с «Латерной магикой» направлял актеров на заводы и в деревни. Потому что с самого начала было понятно, что необходимо завоевать доверие и симпатии жителей провинции, которые, в отличие от пражан, относились к нам скептично. Комбинированные «десанты» из актеров и студентов, которые рассказывали о событиях на Национальном бульваре, сыграли важную роль в объяснении гражданам смысла Бархатной революции», - рассказывает Ондржей Черны.

В течение первых дней и недель ключевую роль в формировании общественного мнения сыграли также cредства массовой информации. Компартия вскоре поняла, что победить оппозиционное движение традиционным средствами невозможно. Последнее, что у нее оставалось - пропаганда, сохранение позиций на радио, телевидении и в газетах.

«Этого ей не удалось. Первая большая демонстрация, которую Чехословацкое телевидение показало в прямом эфире, была в субботу 25 ноября. Именно тогда Вацлав Гавел сказал: «В этот момент я понял, что революция не может быть побеждена». Таким образом, СМИ были ареной, на которой проходил бой между коммунистической властью и демократическими силами», - говорит Йиржи Сук.

О событиях в Чехословакии информировали, конечно, и советские газеты. Некоторые из них, например, «Правда», придерживались, скорее, официальной линии.

«Но были и другие газеты. Например, с другой стороны этого диапазона можно назвать «Литературную газету», корреспондент которой потом несколько лет работал корреспондентом «Независимой газеты», он хорошо знал Вацлава Гавела и других представителей Бархатной революции», - утверждает сотрудник факультета социальных наук Пражского Университета Славомир Горак.

Восточноевропейское информационное агентство сообщило о том, что 17 ноября на Вацлавской площади в результате полицейского вмешательства был убит студент Физико-математического факультета Пражского университета Мартин Шмид. Данное сообщение оказалось ложным, а обстоятельства вокруг происшедшего - загадочными и в чем-то неясными до сих пор. Мартин Шмид во время ноябрьских событий не пострадал. Роль мертвого студента сыграл агент государственной службы безопасности Зифчак, который так и не выдал тайну, кто и почему поручил ему это задание. Историки склонны считать это результатом междуусобиц внутри самой коммунистической партии Чехословакии.

 Александр Дубчек Александр Дубчек «Лозунги о единстве Чехословацкой компартии были ложными, это миф. Для определенной группы более прагматично настроенных людей личность Генерального секретаря Милоша Якеша, который напрямую был связан с советской оккупацией, была неприемлемой. Однако, и они не поняли, что коммунисты больше не интересуют общественность, которая устала от нормализации. Несмотря на то, что жизненный уровень в Чехии был достаточно высоким, люди не верили режиму, потерявшему легитимность еще в 1968 году», - говорит Ян Рыхлик, слова которого дополняет Мирослав Ванек:

«Даже если Служба безопасности хотела оказать влияние или делала это в самом начале, то позднее она была лишена инициативы. Никто не предполагал, что волнения будут настолько массовыми. Многие думали, что опять начнутся подписи петиций, люди будут добиваться изменений в партии, что, может быть, придет какой-нибудь чешский Горбачев... Были и такие, кто верил в возвращение Дубчека, строительство «социализма с человеческим лицом». Но, как известно, нельзя два раза войти в одну и ту же реку».

Следующим важным моментом был уход Ладислава Адамеца с поста премьер-министра Чехословакии 7-го декабря 1989 года. 10 декабря было назначено Правительство национального понимания. Новый премьер, Мариан Чалфа, выразил стремление сотрудничать с демократическими силами.

28 декабря председателем Федерального собрания был назначен Александр Дубчек, а 29 декабря - Вацлав Гавел стал президентом Чехословакии. Оба пользовались большим авторитетом. Почему главой государства был выбран именно Гавел?

Новый чешский президент Вацлав ГавелНовый чешский президент Вацлав Гавел «Они долго вели переговоры между собой. Гавел по пути в Кошице посетил Дубчека в Братиславе, где они решили, что Дубчек не будет выставлять свою кандидатуру. Не думаю, что он был в восторге от такого варианта, однако, понял, что другого пути просто нет», - рассказывает профессор Ян Рыхлик.

Несмотря на все уважение к личности Александра Дубчека, для многих политиков он олицетворял собой прошлое, попытки реформ 60-х годов. В конце 80-х его взгляды казались устаревшими. Гавел был моложе, он не был связан с коммунистическим режимом, то есть, мог стать воплощением идеи правового государства.

«В 1989 году Гавел сыграл чрезвычайно положительную роль, заявив: «Мы не будем никому мстить». Тем самым, он каждому предоставил возможность начать с белого листа, в том числе, и коммунистам, хотя, конечно, они не вызывали у него никаких симпатий. Но он понимал, что необходимо найти консенсус. В этом я вижу его позитивную роль».

Назначением президентом Чехословакии Вацлава Гавела завершился первый этап Бархатной революции. В январе 1990 был принят избирательный закон, а в июне того же года в стране состоялись свободные выборы.