Радиогазета Милан Кундера: Это неправда!
Информация Центра по изучению тоталитарных режимов о том, что в 1950 году Милан Кундера стал полицейским доносчиком, заставила всемирно известного писателя чешского происхождения и диссидента нарушить обет молчания по отношению к чешским СМИ. Информационному агентству ЧТК Кундера заявил, что все обвинения в его адрес ложны и являются покушением на имя автора.
Милан Кундера (Фото: ЧТК)
Напомним, что Центр по изучению тоталитарных режимов опубликовал
полицейский протокол из личного дела Мирослава Дворжачека,
завербованного в Германии американской разведкой. Это протокол, где
Милан Кундера фигурирует в качестве инициативного доносчика,
сообщившего о нелегале в общежитии кинофакультета.
«Весьма правдоподобно, что на основании доноса господина Кундеры Дворжачек был арестован. Ему грозила смертная казнь. В результате его приговорили к 22 годам, из которых 14 лет он провел в коммунистических застенках», - комментирует историк Войтех Рипка. Однако опубликованный протокол, чья историческая подлинность не подвергается сомнению, завизирован только полицейским следователем, на нем отсутствует подпись самого Кундеры
Мирослав Дворжачек и Ива Милитка (Фото: Lidové noviny, 14.10.2008)
По словам работников Центра, донос Кундеры косвенно подтверждается
записью беседы со знакомой Дворжачека Ивой Милитковой.
В телефонном разговоре с редактором Чешского телеграфного агентства
Милан Кундера отверг все обвинения.
«Я абсолютно застигнут врасплох тем, чего я не ожидал, о чем еще вчера ничего не знал. А что сегодня произошло?! Это даже невероятно! Если человек совершает подобное, у него должны быть какие-то мотивы. Я знаю, что мое имя там фигурирует, и это для меня тайна. Но, как я мог донести на кого-то, кого я не знал?»
Писатель возмущен действиями работников Центра по изучению тоталитарных режимов, которые не предоставили ему возможность высказаться по данному поводу еще до опубликования архивного документа. Милан Кундера уверен, что обвинение, выдвинутое в период работы франкфуртской книжной ярмарки, является хорошо подготовленным покушением на имя автора.
Мирослав Дворжачек (Фото: Архив ABS)
«Я этого человека никогда не видел, я его вообще не знал. Это
единственное, что я помню. Это неправда, неправда! Как туда попало мое
имя, это единственная тайна, которую я не могу объяснить».
Исторический документ поразил представителей чешской общественности. Многие, вспоминая атмосферу тех времен, стараются найти оправдания поступку. К таким людям относится, например, писатель Милан Угде, а также социолог Иржина Шиклова:
«Большинство тех, кто здесь был, ощутил то время на себе, но они,
допустим, не находились в ситуации, в которой был он. Возможно, что и это
обстоятельство является в определенной степени оправданием. Извините
меня, но, когда кто-то оказывается в подобной ситуации, то я стараюсь
его понять, понять посредством произведений, стараюсь оправдать».