Владимир Федосеев: «Я уношу из Праги тепло сердец»

Истинный подарок под конец уходящего года преподнесли пражанам и гостям чешской столицы Большой симфонический оркестр П.И. Чайковского и его художественный руководитель Владимир Федосеев, который дирижирует им с 1974 года. Россияне привезли фамильное серебро: Концерт для фортепиано с оркестром № 1 Чайковского – сольную партию исполнил чешский пианист Ян Симон, фрагменты из музыки к балету С. Прокофьева «Ромео и Джульетта», а также «Симфонию псалмов» Игоря Стравинского, прозвучавшую в исполнении БСО и Пражского филармонического хора.

Фото: Лорета ВашковаФото: Лорета Вашкова Концерт Большого симфонического оркестра им. П. И. Чайковского под руководством дирижера с мировым именем под названием «Русские музыкальные шедевры», проходивший в рамках международного фестиваля České dotеky hudby(«Чешские прикосновения музыки») в пражском Муниципальном доме, стал незаурядным событием в культурной жизни столицы. Владимир Федосеев – 85-летний ткач тончайшей и одновременно прочной, окрыляющей слушателей одушевленной материи. Она парит над их головами в концертных залах всего мира и сохраняется в их памяти в течение многих десятилетий. С дирижером мы беседовали всего лишь за двадцать минут до концерта – о точках пересечения его дирижерской биографии с Прагой, об отношении к чешской музыке и его второй музыкальной родине - Вене, к которой он испытывает чувство глубокой благодарности.

«У нас много сближающих моментов – в музыке»

Владимир Федосеев, фото: Ян К. ЧелишВладимир Федосеев, фото: Ян К. Челиш – Выступать в Праге, в одной из музыкальных столиц мира, для меня всегда – большая радость, я всегда сюда возвращаюсь. Вообще, я начал свою деятельность как выступающий дирижер именно с Праги, с радио Праги. Для меня Прага – город, который посещал Моцарт, Чайковский. Допустим, музыка Дворжака в России звучит почти как русская музыка, так что у нас очень много в жизни таких сближающих моментов – музыкальных. Прага есть Прага, и она дает миру также, мне кажется, пример отношения к народному искусству. В Чехии очень любят и показывают народное искусство, а оно очень тесно связано и с современным, и с классическим искусством, поэтому посещение Праги для меня всегда – большой праздник, и я уношу отсюда и тепло сердец пражан, и звуки народной чешской музыки. Мы часто играем Дворжака, Сметану. Чайковский очень любил Дворжака, они дружили, у них много общего – главное, мелодия, народная мелодия. Мне всегда хочется побывать в Праге. А западный мир – я как-бы пришел в Россию с Запада, а не наоборот. Поэтому для меня ценно, что мне доверили – и не только чехи, но и австрийцы – это же тогда была одна большая страна. Я всегда с благодарностью встречаюсь с пражанами, с музыкой Чехии, и стараюсь больше играть ее и в России.

Когда вы говорите о своем приходе с Запада тоже в Прагу, вы имеете в виду Вену, Цюрих, Милан, с оркестрами которых долгие годы сотрудничаете в качестве главного или постоянного приглашенного дирижера?

– Скорее всего, Вену. Там я получил крещение моей второй музыкальной родины, она мне очень много доверила, и поэтому я это всегда помню, это нельзя не помнить. И я продолжаю работать в Вене, и, конечно, я наполовину – австриец, но не по рождению, а так сказать, по паспорту.

– Австрийцы даже, когда вы дирижировали сочинениями Штрауса, позволили себе упомянуть, что у Штрауса, возможно, некогда были весьма близкие отношения с вашей бабушкой …

– Да, да, когда Штраус был в Санкт-Петербурге, где я родился... Это такая шутка, но в ней есть тоже некая доля правды, смеется Владимир Федосеев, продолжение беседы с которым вы услышите на следующей неделе.

Ян Симон, фото: Ян К. ЧелишЯн Симон, фото: Ян К. Челиш Что подарило Яну Симону общение и сотрудничество с таким незаурядным дирижером как Владимир Федосеев?

– Господин Федосеев – потрясающая личность, от которой исходит такое спокойствие, что это является огромной поддержкой и для солиста на сцене. Ведь исполнять именно Чайковского, произведения которого зачастую составляют фундамент российского репертуара, с русским оркестром, с русским дирижером – дело, конечно, совсем не из простых. Поэтому когда иностранный исполнитель предлагает собственную интерпретацию Чайковского, как это рискнул и я, приехав в Москву на репетиции, он не знает, как это будет воспринято его русскими коллегами. Однако мы очень быстро поняли друг друга, и во многом еще продвинулись в день этого концерта после генеральной репетиции – на концерте в зале Сметаны мы уже говорили почти одними глазами, так что это было очень приятно.

Фортепианный концерт Чайковского – о нем Рубинштейн отозвался как о сочинении, которое сыграть нельзя, вошел в жизнь Яна Симона, когда ему было 18 лет. Чешский пианист готовился к участию в московском конкурсе им. П. И. Чайковского.

Фото: Лорета ВашковаФото: Лорета Вашкова – Однако непосредственно на самом конкурсе мне не посчастливилось это сочинение исполнить. Тем не менее, я сыграл этот концерт в финале конкурса имени королевы Елизаветы в Брюсселе (проводится с 1951 г. – ред.). Но вообще Чайковский, Дворжак, Брамс – романтическое созвездие, и у каждого из этих авторов – своя специфика, однако в целом их творчество являет собой невообразимый кладезь идей и незабываемых мелодий. Я даже думаю, что человек, не совершивший мысленной встречи с Чайковским, скорее всего, останется в стороне от понимания музыки как таковой.

На сегодняшнем концерте прозвучали и фрагменты из балета Сергея Прокофьева «Ромео и Джульетта», премьера этого спектакля состоялась в чешском Брно в 1938 году. Почему именно в Брно?

– О том, по какой причине это произошло в Брно, я не осведомлен, но вообще у меня к этому балету – очень личное отношение, так как мой отец был дирижером чешского Национального театра оперы и балета и объездил со спектаклем «Ромео и Джульетта» полмира, причем мой тогда еще будущий свекр Павел Ждихинец танцевал партию Меркуццо или Тибальта, а будущая свекровь – одну из ролей в этом балете. Я видел этот балет раз 50! Конечно, когда Павел Ждихинец выходил на сцену в роли Меркуццо, мне было лет так десять – одиннадцать. Поэтому это произведение тесно связано с нашей семьей, дома у меня хранится несколько афиш из разных стран, Италии, Греции и других – папа там дирижирует оркестром, а свекр со свекровью танцуют. На мой взгляд, «Ромео и Джульетта» – одно из самых потрясающих сценических произведение музыкальной литературы вообще, а в творчестве Прокофьева – одно из лучших.

Концерт приурочен к нескольким знаментальным датам – юбилею Стравинского, 40-летию полета в космос чехословацкого космонавта Владимира Ремека, 25-летию устaновления дипломатических отношений между Чешской Республикой и Российской Федерацией.

Каждую неделю в программе «Радио Прага» на суд слушателей будет представлено пять песен. (Далее об этом)