Разгадка смерти Яна Масарика может скрываться в российских архивах

Тело сына первого президента Чехословакии, министра иностранных дел Яна Масарика было обнаружено 10 марта 1948 г. под окнами его квартиры в Чернинском дворце – здании МИД. По официальной версии, дипломат покончил жизнь самоубийством, однако проведенные позднее расследования позволили сделать вывод, что Масарик был убит.

Ян Масарик, Фото: Library of Congress / открытый источникЯн Масарик, Фото: Library of Congress / открытый источник Помочь установить истину могут документы, хранящиеся в российских архивах. Пока Москва, однако, не идет навстречу просьбам чешской стороны о предоставлении засекреченных сведений. Именно нежелание России предоставить архивные документы мешает расследованию обстоятельств гибели Яна Масарика, считает издание Aktuálně.cz.

Исследователи надеются, что помочь сдвинуть дело с мертвой точки может президент Милош Земан, который в ноябре отправляется в Российскую Федерацию с официальным визитом.

«Господин президент не исключает, что затронет этот вопрос», – сообщил пресс-секретарь главы государства Иржи Овчачек.

«Господин президент убежден, что это было самоубийством. Следует вспомнить, какие испытания – как внутренние, так и внешние – выпали на долю Яна Масарика после 25 февраля 1948 г., когда он остался в правительстве Клемента Готвальда», – поясняет он уверенность президента.

Между тем Отдел документирования и расследования преступлений коммунизма (ÚDV) в конце 2016 г. вновь обратился к закрытому делу о гибели министра иностранных дел Чехословакии. Полиция решила продолжить расследование после того, как туда обратилась историк Вацлава Яндечкова.

По ее данным, в квартире Масарика в момент его смерти находился высокопоставленный чиновник Министерства иностранных дел Ян Быджовский, которого органы госбезопасности подозревали в работе на спецслужбы Великобритании и США. Яндечкова передала полиции результаты своего исследования, которые, по ее мнению, доказывают участие Быджовского в убийстве Масарика. Полиция сочла представленные сведения достаточно убедительными для того, чтобы вновь открыть дело.

Яндечкова также напоминает, что Быджовский, который в 1950 г. провел несколько месяцев за решеткой, признался в убийстве Яна Масарика, хотя его признание и вызывает сомнения. Впоследствии он отказался от своих слов.

В начале 2000-х, в ходе предыдущего расследования обстоятельств гибели политика, чешская полиция обращалась к России с просьбой позволить допросить свидетельницу, работавшую с 1945 по 1953 г. в Чехословакии агентом НКВД. Также Россию просили о предоставлении документов из архивов КГБ в Москве, где могут содержаться данные о смерти Яна Масарика. Однако обе просьбы не были удовлетворены. Возможная свидетельница вскоре скончалась, а архивы КГБ оставались под грифом «секретно». В 2005 г. Чехия пыталась получить эти материалы при посредничестве премьера Иржи Пароубека и министра иностранных дел Цирила Свободы, которые побывали в Москве с официальным визитом.

«Мы хотели получить доступ в архив бывшего Комиссариата внутренних дел, Совета министров по внешней политике и ЦК КПСС за период 1947-48 гг. Однако никаких материалов по делу Масарика нам не выдали», – сообщила глава Отдела документирования и расследования преступлений коммунизма (ÚDV) Эва Михалкова, уверенная, что ключ к гибели чехословацкого министра можно найти именно в иностранных архивах.