Радиогазета Голос Америки, Иван Медек, умолк

Госбезопасность пыталась заставить Ивана Медека умолкнуть. Правозащитника отвезли глубоко в лес, избили и оставили на произвол судьбы. Его коллега Лубош Добровски полагает, что, Ивану, возможно, тогда была уготована смерть. Медек после этого эмигрировал в Австрию, но коммунисты от этого не выиграли: голос Медека из Вены был слышен гораздо сильнее, чем до этого из Праги. После «бархатной революции» редактор вернулся на родину и стал канцлером президента Чехии Вацлава Гавела.

Иван Медек «Это была редкая личность, обладавшая даром проникновенного видения сути происходящего и иронией. А некоторые вещи Медек воспринимал очень серьезно; в ряде дел был настойчивым, и, я даже сказал бы, твердолобым, но одновременно он был очень толерантным человеком. Это была действительно большая личность», - отмечает Вацлав Гавел.

В памяти многих людей Иван Медек, родившийся в семье самого известного чехословацкого легионера Рудольфа Медека и бывший старшим братом легендарного художника Микулаша Медека – их семья, кстати, была связана родственными узами и с родом первого президента Чехословакии Т. Г. Масариком, – прежде всего, останется редактором «Голоса Америки». Вспоминает бывший директор чешских редакций «Радио Свободная Европа» и «Голос Америки» Павел Пехачек:

Лубош Добровски и Иван Медек, 1993 г. (Фото: ЧТК) «Это был огромный талант, мужественный человек, и с характером. Вдобавок он был и человеком глубокой веры, который был способен применять принципы христианства в нормальной жизни».

Иван Медек действительно был убежден, что демократия основана на этике, а этика, в свою очередь, берет свое начало в вере в Бога.

Журналистка Петрушка Шустрова с горечью отмечает: со смертью Ивана Медека становится все более очевидным, что он относился к ныне редкому типу личностей, которые, увы, вымирают.

П. Шустрова:

Вацлав Гавел и Иван Медек «Не прилагая к этому никаких видимых усилий, Иван Медек был человеком очень неконформным; он никогда не приспосабливался к тому, что считал неправильным, и, наоборот, всегда придерживался правил приличия и хорошего вкуса. Он никогда не стал бы служить чему-либо, что не мог бы соотнести со своими принципами».

Историк Эдуард Стеглик напоминает о жижковском происхождении Ивана Медека.

«Он был способен передать атмосферу времен Первой Республики, воспоминания о своем отце, который был легионером, и обо всех тех фантастических людях, писателях и актерах, которые к ним приходили. Вся его жизнь и детство были связаны с районом Жижков, новым памятником освобождения - ныне это Институт военной истории. Он часто вспоминал и то, как проходили стычки ребят из пражского района Карлин с жижковскими мальчишками».