Исторические прогулки Причуды костюма во времена Реформации

Аньоло Бронзино: Портрет Элеоноры Толедской. Национальная галарея, Прага. Сегодня мы продолжаем начатую в августе тему «Стиль одежды, характерный для Чехии в различные исторические времена». Попробуем вместе с вами проследить за историей развития костюма во времена реформации. Нововведения пришедшей эпохи опять оказывают влияние не только на изменение архитектурного стиля, но и на линию костюма, преобладавшую до той поры.

Новый контур мужской фигуры появился прежде всего за счет короткого плаща, который в Чехии назывался шуба (šuba), и развился из итальянского тапперта. В Чехии шубы, в отличие от Италии, имели целевое значение и использовались только для тепла.

В Чехии слово «шуба» появляется, главным образом, в инвентарных книгах гуситской эпохи и с тех пор не сходит со страниц чешских источников и чем дальше, тем чаще встречается. В конце 15-го и в 17-м веке шуба шьется, как в Италии, из парчи, она сильно расклешена и подшита вместо меха дорогой тканью. Но уже во второй половине 17-го века шуба в Чехии уже не модна, она предписывалась лишь тем, кто предстает перед судом (в 1547 г.), для королевских представителей, например, в Кутной Горе (1564). Носили ее и судьи. Даже еще в 1615 году плащ – «наследник шубы» - был объявлен чешским сеймом официальной одеждой, без которой приближенные короля и другие граждане не смели появиться в Пражском Граде. Пришедший без плаща должен был быть задержан в воротах Града для уплаты штрафа размером в 10 грошей чешских.

Короткая шуба открывает штаны, повсюду называемые плундры (шаравоны), распостраненные больше всего между немецкими ланскнехтами и щвейцарскими солдатами. В Чехии в 16-м веке эти штаны носили повсеместно. И так как они были очень эксцентричны, их часто запрещали. Говорили о них и на чешском сейме 1556 года, что этот костюм очень смешон, неприлично короток, из-под него выглядывают подштанники, называемые немцами «плундергусен». В документах той поры предписываются наказания для всех, кто будет их носить. Представители высших слоев населения должны были предстать за это перед земским судом, а низших должны были быть брошены в кутузку. Так, туда попал и Йира Цибулка, т.к. он украл несколько таких штанов у чешских общин (1577г.).

Дорогой в целом костюм эпохи Реформации дополнялся самыми разнообразными беретами, которые очень часто украшались перьями. Мода на эти береты распостранилась весьма широко. В 1548 году из-за такого взятого в займы берета судился Ян Младший из Вальдштейна с дворянской семьей из Бибрштейна. В женском наряде господствуют те же тенденции, что и в мужской моде, однако здесь они приобретают иные гротескные стороны. Рукав женского платья превращается в какое-то искусственное образование в виде кегли и является самой броской частью одежды. Лиф богато украшен вышивкой, драгоценностями, цепями, очень часто – жестким золотым воротничком, как бы «ошейником», называемым «саксонский воротник». Готическое закутывание головы покрывалами сменилось тонкими сеточками, которые украшали прически дам высших слоев общества. В 16-м веке их изготавливали из золота, серебра и заменителей.

На лифе платья носили нагрудные крестики, украшенные драгоценными камнями, которые были как - бы демонстрацией веры и богатства. Для более бедных горожан эти крестики изготавливались из кости и дерева, которые были разного цвета – красные, черные, позолоченные. В 70-х годах в Чехию привозили, например, и стеклянные крестики. Они бывали также из сердолика, агата, рубинов и дорогих кораллов, а самые ценные –из хрусталя, жемчуга и бриллиантов, оправленные в золото. Крестики представляли собой большой интерес для коллекционирования. Собирало их и чешское дворянство: например, после смерти пани Магдалены из Градце в 1580 году осталось полных три ларя украшений.

К предметам роскоши относились перчатки, которые в эпоху Рудольфа в Прагу привозились из Вероны, Генуи и Рима, из Нидерландов и Парижа, и цены на них были необыкновенно высокие.

Блюстители нравов теперь до некоторой степени успокоились и с ужасом вспоминали моду остроносых башмаков, коротких и узких мужских костюмов. Они были довольны, что женщины освободились от различных покрывал, увеличивавших головы, а также от дорогих мехов, что в целом костюм стал меньше. Главное – их удовлетворяло искусное покрытие головы тонкой белой накидкой, в котором женщины выглядели как монахини, и не снимали их даже дома. Дома женщины снимали «ходячую юбку». Именно так выглядел плащ, под которым носили платье, разделенное на юбку и лиф. Через лиф была видна белая вставка нижней рубашки, называемая по - чешски «прсник» от слова «прса» (грудь). Этих рубашек в чешских домашних хозяйствах было крайне мало. Так, например, пражская мещанка Марта Гескова в наследство получила всего одну рубашку (1520 г.). И только с середины 16-го века рубашек стало больше, но все еще их было немного. У дворянина З. Фрейлиха, умершего в 1582 году, в его богатом наследстве оказалось только восемь рубашек, хотя он был владельцем четырех домов.

О более чем скромной пражской моде того времени до некоторой степени свидетельствуют сообщения и впечатления иностранцев. По их мнению, она была необычайно проста и бедна. В этом смысле эту моду описывает в 16-м веке итальянец Чезаре Вечельо, являющийся автором первых записей об одежде. Так он характеризует чешскую женщину из народа конца 16-го века: «Она одевается в суконную грубую одежду, которая кое-где украшена шелковой тесьмой. Сверху надевает короткий меховой плащ. Она не носит башмаков, а только обувь из дерева или сапоги. На голове у нее обычная грубая шерстяная шляпа, одетая поверх белого шарфа, которым замотана вся голова и открыто только лицо». Когда изображали чешскую женщину, то к этой шляпе добавляли еще большую пуговицу, которая может быть и была вымышленной, но именно она – так как была чем –то необычным – стала типичным признаком чешской моды в издаваемых в то время руководствах об одежде.