Моя Прага Легенды Старого города

Рассказывают, что неподалёку отсюда жил один человек, который был не дурак выпить, частенько напивался очень сильно и приходил домой поздно. А в те времена, стоит заметить, тех, кто шастал по улицам без фонаря после полуночи, сурово наказывали. И вот однажды мужчина этот, как и всегда, торопился попасть домой до боя часов, шел резво, шатаясь из стороны в сторону и чуть ли не падая.

В один момент он почувствовал, как кто-то схватил его под руку, и идти тут же стало легче. Мужчина посмотрел и своего помощника и оторопел: у того горели глаза! Только и смог что спросить: «А ты кто?» В ответ услышал: «А я такой же пьяница, как и ты. Однажды я не дошел до дома, упал и умер. И в наказание мне суждено помогать другим пьянчугам добираться до дома в целости и сохранности». Проклятие, мол, у него такое. Довел проклятый пьяного домой, а тот и говорит ему: «Бог тебе в помощь, добрый человек». После этих слов мёртвый помощник воздел руки к небу и молвил радостно: «Спасибо тебе! Произнеся эти слова, ты избавил меня от проклятия».

Театр сословий со стороны площади Фруктовый рынок (Фото: Дима Лычёв) Идем от Пороховой башни вглубь Старого года. Без фонаря, как мы уже сказали, ходить было по ночам запрещено и к тому же опасно. Далеко не все городские дома, а только постоялые дворы были обязаны выставлять на пороге корзины со свечами или развешивать факелы – это и было всё тогдашнее городское освещение. По ночам ходили только в случае крайней необходимости, а так в основном все сидели по домам. Просыпались рано, и жизнь в городе начинала кипеть сразу после рассвета.

Мы на улице Celetná, от нее отходит небольшая улочка, где некогда находился дом, принадлежавший тамплиерам. Кстати сказать, в Чехии, да и вообще на территории Средней Европы к тамплиерам в свое время отнеслись по-человечески. У них всё отобрали, но их не уничтожали физически, разрешили им либо перейти в другие ордена, либо покинуть эти места.

Выходим на площадь которая сейчас называется Фруктовый рынок. В конце ее виднеется здание Театра сословий, первого каменного театра в городе. Во второй половине XVIII столетия его построил граф Ностиц. Фото: Кристина Макова Именно в этом театре состоялась премьера оперы Моцарта «Дон Жуан», причем великий композитор дирижировал на премьере лично. В углу возле здания театра притаилась созданная уже в ХХ веке зловещая скульптура «Пьета». Ее еще называют духом командора.

Огибаем Театр сословий и через пару минут выходим на небольшую улочку V Kotcích, которая приведет нас на последний из рынков-площадей, на Угольный рынок. В этих местах в средние века проживала бедная часть населения. Здесь находились дешевые постоялые дворы, Моцарт, к слову, когда готовил постановку «Дон Жуана», жил как раз в одной из таких гостиниц неподалёку.

Нынче при освещении электрических и газовых ламп ходить совсем не страшно, но, стоит только включить фантазию и представить, каково здесь было по ночам лет 300-400 назад…бр-р-р! Нас останавливает молодая блондинка в красном и предлагает купить перстень. Сейчас она нам расскажет свою историю:

«Эта улочка, по которой вы сейчас шли, раньше принадлежала мне. Я владела несколькими торговыми лавками не только на этой улочке, но и на пражских рынках. Я была очень богатой, потому как торговля процветала. Но однажды со мной произошел неприятный случай. Я проезжала в карете по Карлову мосту, как вдруг меня остановили нищенка, просившая на пропитание. Я отказала ей, сами понимаете, всех денег ведь нищим не Фото: Кристина Макова раздашь, всем не поможешь. Она разозлилась, видимо, посчитав меня жадной. И сказала мне вослед, что не пройдет и года, как я буду стоять на ее месте! Я была вне себя от гнева, вышла из кареты, сняла вот этот драгоценный перстень и швырнула его во Влтаву. И сказала ей: мое счастье так же надежно, как и то, что этот перстень больше никогда в жизни не попадет в мои руки.

Прошло время. Я решила устроить пышный прием, пригласила знатных горожан. Стол ломился от яств, вы даже себе представить не можете, какие деликатесы подавали! Повар специально для меня приготовил мое любимое блюдо – печёную рыбу. Я приготовилась вкусить ее, как мой нож вдруг наткнулся на что-то твёрдое. Хотела я было накричать на повара, но тут я увидела тот самый перстень, который я выбросила в реку! Я вспомнила предсказание старухи, мой ей ответ и очень испугалась. Это какая же цепь совпадений получается: рыба проглотила перстень, рыбаки ее выловили, служанка купила ее на рынке, повар мне ее приготовил…

С тех пор моя жизнь в корне изменилась: я лишилась всех денег, в мой дом попала молния, и он сгорел дотла со всем моим имуществом. И вот сейчас я стою здесь и предлагаю купить этот злосчастный перстень…», – вот Девушка с кольцом (Фото: Дима Лычёв) такая слезоточивая история, рассказанная девушкой в красном, встретившейся нам на улице V Kotcích. Проходим несколько метров и оказываемся на Угольном рынке. Здесь находится ресторан «U dvou koček», историю названия которого нам расскажет наш гид Галина:

«Под каждым домом были просторные подвалы, где хранилось всякое нужное и ненужное добро. И провианта там хранилось тоже немало. На него, понятное дело, точили свои зубы мыши да крысы. Хранительницами продовольственных запасов были кошки, истреблявшие и отпугивавшие грызунов. На месте, где сейчас стоят дом с рестораном, раньше был постоялый двор, хозяин которого держал несколько десятков кошек. Две из них нипочем не хотели выполнять свои обязанности, они вечно сидели у входа во двор и встречали постояльцев. Немногим позже, несмотря на то, что радушные хозяйки к тому времени уже отошли в кошачий рай, ресторан стали называть «У двух кошек»».

Влево от Угольного рынка отходит неприметная улочка Martinská, в глубине которой спрятан небольшой костёл святого Мартина. Его полное название – Храм святого Мартина в Стене. В свое время, когда еще существовала городская стена, храм этот действительно был как бы в нее встроен, отсюда и название. Если присмотреться, и сейчас сзади можно отыскать Фото: Дима Лычёв остатки сторожевой башни. С этим небольшим костёлом связано много историй, но она из них, на мой взгляд, является самой печальной.

Давным-давно жила в городе бедная женщина. Муж ее умер, средств на существование не оставил, и пришлось ей идти работать, оставляя маленького сынишку без присмотра. Сынок рос забиякой, одичал совсем без матери. Не проходило и часа, чтобы он не потешался над кем-то из горожан, ввергая мать в стыд. Однажды она, возвращаясь с работы, проходила мимо этого храма и вдруг увидела собравшуюся толпу, смотревшую куда-то вверх. Подошла поближе, присмотрелась и пришла в ужас: ее сыночек скакал по крыше святого места, гонял голубей, высовывал язык и корчил всем другие гадкие рожи. И бросила она тогда в сердцах: «Чтоб ты окаменел!» Мальчишка так и окаменел на угловом столбике, и из него получилась самая что ни на есть настоящая гаргулья: через его открытый рот по языку стекает с крыши дождевая вода…

Над одним из входов в храм даже в полумраке хорошо заметна мозаика, тот известный эпизод из жизни святого Мартина Милостивого, когда он разрезает плащ пополам и отдает одну половину замерзающему нищему.

Фото: Дима Лычёв Узенькие улочки Старого города, по которым мы ходим, строились без плана, кому как в голову придет. Когда-то в этих местах были дворы, которые постепенно соединялись дорожками, вдоль них строились другие дома, и улицы из-за этого получались неправильной формы. На рубеже XIX и XX веков в Старом городе и в Еврейском квартале затеяли расчистку трущоб. Отцы города приняли решение расширить эти улочки, согласно новым веяниям, ширина улицы должна была быть не меньше семи метров, максимально до шестнадцати. Жертвой этого решения градоначальников пали около 60 храмов Старого и Нового города.

Выходим на улицу Майзеля, которая ранее отделяла от Старого города Старый еврейский город. Он, увы, не сохранился: во время расчистки трущоб его сровняли с землей. Чуть дальше находится всё то, что осталось от этого города – Еврейский квартал, где до наших времен сохранились семь синагог и одно кладбище. Сейчас над ними шефствует Еврейский музей.

До сих пор некоторые улицы и синагоги носят имена известных людей, некогда здесь проживавших. Помимо Мордехая Майзеля, бывшего старостой этого города и построившего синагоги, две из которых стоят и поныне, это и портной по имени Пинкас, именем которого названа Пинкасова синагога. Историю этого человека нам озвучит юноша в фиолетовом плаще:

«Я был бедным евреем, продавал на рынке одежду. Этой моей работы не хватало, чтобы прокормить семью, посему я часто наведывался к одному доброму дворянину и просил его помочь нам. Он исправно помогал, и я неустанно благодарил Бога за то, что он не оставляет нас в трудные Старый Город пражский (Фото: ЧТК) минуты. Однажды, аккурат перед праздником, я в очередной раз пришел к дворянину и попросил дать мне золотую монету, но он отказал мне, сказав, что он и сам испытывает нужду в деньгах. Я вернулся ни с чем домой, но жена меня поцеловала и успокоила, ничего, мол, страшного, как-нибудь протянем. Мы уже собирались ложиться спать, как вдруг в форточку влетела… дохлая обезьяна. Поначалу я страшно испугался, но, когда зажгли свечи, я увидел, как из ее рта падают… золотые монеты! Хорошенько разглядев обезьяну, я вспомнил, что я пару раз видел ее как раз у моего благодетеля, у дворянина. Я хотел было отнести обезьяну ее хозяину, но жена уговорила сжечь труп, а золото оставить себе. На том и порешили.

На следующий день мы накупили самой дорогой, самой вкусной еды и устроили пир. Мой благодетель проходил мимо нашего дома и решил к нам наведаться. Увидев богато накрытый стол, он изумился, и мне ничего не оставалось делать, как рассказать ему об обезьяне. Я не мог ему лгать, ведь он помогал нам на протяжении нескольких лет! Дворянин в ответ улыбнулся и сказал: «Вот видишь, и в этот раз Господь Бог помог тебе. А в смерти обезьяны я тебя винить не могу, ибо она убежала из дома «Пинкас» (Фото: Дима Лычёв) несколько дней назад. Она, наверно, видела, как я проверяю монеты на подлинность, и наглоталась ими до смерти».

После окончания праздника я отдал оставшееся золото на строительство синагоги, для того, чтобы в трудную минуту любой житель нашего города смог прийти в храм Божий и помолиться Господу с надеждой, что он им непременно поможет», – вот и вся история портного Пинкаса.

На многих домах Старого города сохранились домовые знаки. В старину нумерации домов и названий улиц не существовало, ориентировались как раз по домовым знакам и названиям самих домов. Домовые знаки рождались по-разному: кто-то исходил из профессии хозяина дома, кто-то запечатлевал на домовом знаке историю, происшедшую с обитателями оного дома. У одного такого дома мы сейчас и остановились, называется он необычно – «У зелёной лягушки».

Как-то в этом доме проживал один портной, который больше своей профессии любил… цирк. Однажды в город приехали циркачи, и с ними – гуттаперчевый мальчик, который запросто мог забросить ногу за шею и так же просто снять ее с шеи. Портняжка пришел домой, сшил себе такой же, как у мальчика, зеленый лягушачий костюм и решил повторить то, что вытворял юный циркач. Портной был человеком взрослым, растяжки и в помине не было, и, думаю, не стоит большого труда представить, чем всё это закончилось: ноги так за шеей и остались!

Утром пришла служанка увидела своего хозяина и выбежала вон с криком «Большая жаба съела нашего хозяина!». Поднялся страшный гам, подоспели «У палача» стражи порядка. Вошли они в дом и через некоторое время… вышли, держась за животы, не в силах совладать с приступами смеха. С тех пор смешное название за домом и закрепилось.

В доме по соседству находится ресторан «U kata» – «У палача». Разумеется, и это название не появилось просто так. Жил в XVII веке палач, тот самый, который казнил 27 руководителей гуситского восстания. Он казнил многих людей, которых знал лично, среди них был, к примеру, профессор Есениус, которого оный палач снабжал трупами для анатомических исследований. После нескольких часов утомительного размахивания мечом пришел палач в таверну, которая находилась на месте нынешнего ресторана, сел за скамью, выпил пиво и пошел себе отдыхать. За тот стол больше никто никогда не садился, а заведение народ моментально окрестил так, как оно до сих пор и называется.

Неподалёку находится улочка Valentinská, названная так по имени храма, Староместская площадь ночью (Фото: www.czechtourism.com) снесенного во время расчистки трущоб. Это был единственный храм в городе, куда было дозволено заходить городскому палачу, да и то только в «предбанник». Даже жениться палач не мог по-человечески: вместо него под венец шел его поверенный, и только после того, как невеста выходила из храма, она оказывалась в объятиях настоящего жениха.

Мы постепенно приближаемся к Староместской площади. Впереди, на Малой площади, маячит дама в чёрном, скрывающая лицо под вуалью. Когда-то здесь была Большая площадь, но постепенно купеческие дома пристраивались к зданию городской ратуши, и просторная площадь в конце концов превратилась в маленький треугольник. Только и места осталось, что для колодца с решеткой XVI века да пары-тройки запряженных лошадьми карет для удовлетворения ленящихся идти пешком туристов. Здесь сохранилось много зданий с домовыми знаками: «У золотой лилии», «У золотой короны», «У голубого конька»… Здесь же находится и первая городская аптека, ведущая свою историю с XIV столетия…

Обманутая девушка из дома «У трех белых роз» (Фото: Дима Лычёв) Дама в чёрном вступает в разговор: «Знаете, вот этот дом раньше носил название «У трех белых роз» и принадлежал он нашей семье. Я жила здесь с двумя сёстрами, они были такие же нежные и красивые, как белые розы. Наши родители рано умерли, оставив нам богатое наследство. Будучи еще совсем юными, мы не могли распоряжаться деньгами с умом. Сёстры совсем возгордились, с утра до позднего вечера они сидели перед зеркалами, расчесывали свои длинные красивые волосы и примеряли новые наряды и украшения. Они мечтали лишь о том, что однажды за ними приедут богатые принцы и увезут их в далекие богатые края.

Долго им ждать не пришлось. Сначала появился богатый иноземный принц и начал ухаживать за старшей сестрой. Он так долго рассказывал ей о своих дворцах у моря, о бриллиантах, которые ее там ждут, что сестра решила покинуть отчий дом и отправиться с избранником в дальние края. Мы разделили приданое, сестра забрала свой сундук и уехала, а мы с сестрой остались ждать своего часа.

Прошло совсем немного времени, и у второй моей сестры появился поклонник, богатый князь. Он дарил сестре полные цветов корзины, Фото: www.czechtourism.com кольца, ожерелья, и, в конце концов, она не устояла и отправилась с ним. Я осталась одна, но и мне долго скучать и грустить не пришлось – в Прагу приехал молодой красивый английский дворянин. Мы встретились с ним, он не мог свести с меня глаз, то и дело рассказывал о своем замке посреди моря, где я могу стать полноправной хозяйкой.

Я поверила его обещаниям и уехала с ним. Вскоре я поняла, что нет никакого принца, никакого князя, никакого дворянина, есть только обманщики, которым только нашего наследства было и надо. Всё, что я нашла в дальних краях – это мои бедные больные сёстры, которые скорее умерли. Я вернулась в Прагу, и сейчас моя надежда только на этот дом, если, конечно, мне удастся получить его обратно…»

Фото: Кристина Макова Под впечатлением от этой истории выходим на Старогородскую площадь. Вечерами перед Рождеством здесь, несмотря на большое количество туристов, очень приятно гулять. Особенно красив храм Тынской Божьей Матери: в окнах его шпилей мерцают огоньки, создавая впечатление, что там кто-то живет. Остановимся около курантов и послушаем Галину:

«Я хочу рассказать вам одну историю, связанную с фигурками по бокам циферблата. Видите фигуру Смерти? Сейчас ее челюсть недвижима, но несколько сотен лет назад она шевелилась. Когда били часы, Смерть дергала за колокольчик, напоминая всем о том, что их дни сочтены, и щелкала при этом челюстью. За теми окошками, в которых ныне ежечасно появляются фигуры апостолов, раньше была тюрьма для состоятельных людей. Однажды один человек, заключенный без вины в темницу, сидел и смотрел в окно. Вдруг он увидел, как Смерть с последним ударом часов Фото: Кристина Макова закрыла челюсть, и во рту у нее остался воробышек. И сказал себе тогда этот человек: если воробей переживет этот час, то и меня скоро выпустят. Прошел час, с первым ударом часов Смерть открыла рот, и воробышек вылетел оттуда невредимым. А на следующий день, представьте себе, этого человека освободили».

На этом мы позволим себе завершить еще одну рождественскую передачу русской редакции Радио Прага. На прогулке по мистической Праге и в студии был Дима Лычёв. Счастливого вам Рождества!