«Баррандов» в роли «Красного Голливуда»

Любовь Орлова, Григорий Александров, Юрий Озеров, Сергей Бондарчук… Четыре десятилетия Советский Союз широко пользовался чехословацкой киностудией. А началось все в 1947 году с фильма «Весна» – где еще можно было снять тогда масштабную музыкальную комедию, способную понравиться «вождю народов», обожавшему Голливуд? Огромный павильон «Баррандова» был самым большим в не оправившейся от войны Европе. Кстати, «Весна» стала первой советской лентой с заставкой «Мосфильма» «Рабочий и колхозница». «Баррандов» упомянут не был.

Киноплакат к фильму «Весна», автор: Иосиф Васильевич Герасимович, ОАО «Рекламфильм»Киноплакат к фильму «Весна», автор: Иосиф Васильевич Герасимович, ОАО «Рекламфильм» Помимо надуманного сюжета и танцующей и поющей Орловой «Весна» запомнилась зрителям, наверное, еще и роскошными по послевоенным временам декорациями. Напомним, что большая часть действия картины происходит на киностудии, куда попадает героиня, вернее, героини Орловой, и в некоем театре оперы и балета. Все это Григорий Александров снабдил поистине циклопическими кулисами.

«Я впервые снялась у Александрова и Орловой только после войны – в «Весне». Была безумно благодарна им, что они меня взяли на те съемки, что шли в Праге, на «Баррандове» – бывшей немецкой студии... Тогда ее хотели превратить в филиал «Мосфильма», оснащенный самой лучшей техникой и роскошными павильонами…» Эти слова Фаины Раневской приводит в своей книге Глеб Скороходов. Собственно, благодаря Раневской и ее бессмертному «Красота – это страшная сила!» эту ленту с весьма спорными художественными достоинствами и помнят сегодняшние зрители...

Действительно, в годы оккупации Третий рейх деятельно использовал «Баррандов» – там снимались и пропагандистские фильмы, и даже работы Лени Рифеншталь. В студии была проведена так называемая «аризация», еврей Освальд Козек, партнер основателя «Баррандова» Милоша Гавела, эмигрировал, контрольный пакет акций перешел в руки берлинской компании, в павильонах мелькали мундиры гестапо.

«Здесь все время шли съемки. Во время Второй мировой войны тут снимались как чешские, так и немецкие фильмы, процесс шел непрерывно. Это было связано еще и с тем, что во время войны в самой Германии было небезопасно, так что появилась идея превратить «Баррандов» в центр киноиндустрии Европы. По инициативе Геббельса здесь были построены новые павильоны, поскольку старых площадей уже не хватало. Разумеется, сюда ездили немецкие киногруппы. Однако благодаря этому многим чехам тоже удавалось реализовывать собственные проекты. В это время, например, появился «Кракатит» и другие фильмы», – рассказала в интервью нашему коллеге Антону Каймакову Вера Кратка, заведующая хранилищем костюмов и реквизита «Фундус».

Марику Рёкк сменила Любовь Орлова

Фаина Раневская, Фото: открытый источникФаина Раневская, Фото: открытый источник Судя по всему, в 1947 г. Фаина Раневская не подозревала о чешском происхождении «Баррандова» и его богатой довоенной истории. «Немцы под Прагой построили шикарную киностудию, филиал своей УФы. Огромные павильоны, теплые, с новейшей аппаратурой, приборами света, которые катались под крышей и опускались как захочется. Никогда такого не видела. И все действует без ремонта и остановок! Немцы там снимали до последних дней войны, и Любочка плясала свои «Журчат ручьи» на полу, на котором отбивала чечетку Марика Рёкк в «Девушке моей мечты», – декорации этой картины еще не успели разобрать!», – писала в своих воспоминаниях актриса. Так что на «Баррандове» любимицу Гитлера Марику Рёкк сменила Любовь Орлова, с которой под музыку из «Весны» будет вальсировать Сталин.

Заметки о съемках оставила и Рина Зеленая, представшая в «Весне» в единственной, но запомнившейся сцене со словами «Такие губы теперь не носят» и «средняя пухлость, сексапил номер четыре». Ее «Разрозненные страницы», вышедшие в 1987 г., не избежали духа официальной советской печати.

«Съемки шли без сучка и задоринки: репетировали, снимали. Из Москвы торопили. Фактически это был, по-моему, первый опыт наших съемок за рубежом. И первый опыт совместной работы получился как бы первым фестивалем советского кино в Чехословакии. Мы выступали перед рабочими на заводах и на площадях. На Стромовке и еще, и еще… Люди с восторгом смотрели на Любовь Орлову и Николая Черкасова, которых знали и успели полюбить. Потом нас повезли дальше, в Брно и по Словакии. И всюду люди радовались. Потом снова репетиции и съемки, съемки… Григорий Васильевич управлялся с чехами — рабочими в студии — довольно прекрасно. Кричал осветителям «позор» («внимание!), и все понимали друг друга…

Мне отвели на студии гримировальную комнату, которую можно бы назвать квартирой. У меня своя ванная и гостиная. У Любови Петровны – такая же. Только она жаловалась мне шутя, что ее костюмерша пани Мария каждый день приходит на работу в новом туалете. Через какой-то срок Любовь Петровна сдалась и перестала с ней соперничать.

Любовь Орлова, Фото: открытый источникЛюбовь Орлова, Фото: открытый источник Словом, все шло прекрасно. Черкасов, Дунаевский, оператор Екельчик – все были довольны. Кроме того, нас всюду возили, показывали города, удивительные памятники, старые замки.

Война уже кончилась, но еще не было мирного благополучия, были даже карточки, талоны из них мы отдавали, когда обедали в столовых. И вот идем мы однажды по главной улице Праги и вдруг видим: стоит разносчик, перед ним жаровня, а на большом листе — сосиски (мы даже не знали, что это называется «шпикачки»). Мы остановились, как будто споткнулись, – я, Николай Черкасов и его жена Нина Николаевна. Что это? Сосиски! Пахнет!.. И вдруг решились: схватили свои карточки и деньги, храбро подошли, и я спросила, что почем. Разносчик ответил, вынул картонные тарелочки, положил на каждую по толстой сосиске, а затем достал еще тарелочку и шмякнул бесплатно полную ложку горчицы. Я сказала спасибо и naschledano – и мы побежали скорее в наш «Alkron», а то не выдержим и начнем жевать тут же, на улице. Горчицу несла Нина Николаевна и все время нюхала ее. Когда мы влетели в номер к Черкасовым, заставили себя сесть за стол и начали наш пир, я поняла, что такое чешская горчица и почему Нина Николаевна ее нюхала.

Шпикачки – блаженство Николая Черкасова и Рины Зеленой

Через минуту мы, как щенки, смотрели на то место, где только что были сосиски и, главное, горчица. Да, это была пирушка! Черкасов через несколько лет говорил мне, что ни разу в жизни, ни в одной стране, ни на одном банкете не испытывал такого блаженства».

Съемки «Весны» были омрачены аварией автомобиля, в котором сотрудник советского посольства вез Александрова, Орлову и Черкасова. И если Александров отделался сломанной ключицей, а Орлова – разрывом десны, то у Черкасова оказались выбиты зубы, а синяки долго пришлось маскировать гримом.

Марианске Лазне - колыбель Карловарского кинофестиваляМарианске Лазне - колыбель Карловарского кинофестиваля Однако в целом все шло по плану – помимо фильма актеры много выступали, готовя почву для будущей «тесной совместной работы чехословацких и советских товарищей», которая затянется на сорок лет. Правда тогда еще мало кто понимал, насколько тесной она будет.

В том же 1947 г. в стране прошел кинофестиваль, который сегодня известен как Карловарский, но впервые открылся на соседнем курорте Марианске Лазне. В числе гостей присутствовали Любовь Орлова и Николай Черкасов.

Об этом фестивале вспоминал патриарх чешской кинематографии Отакар Вавра: «Это был единственный крупный фестиваль во всем восточном блоке. И к нам прикатила масса знаменитостей. Там я познакомился с Николаем Черкасовым, в те годы, самым знаменитым советским актером, исполнителем ролей профессора Полежаева, Александра Невского, Ивана Грозного. Это был замечательный человек, ни капли надменности, он просто дышал кино. На приеме в честь открытия фестиваля, состоявшегося в отеле "Рояль", я присел на ручку его кресла. Черкасов был весь увешан орденами. Я спросил его, что это за ордена. Он уже был несколько под хмельком и, дружелюбно посмотрев на меня, откровенно ответил, ткнув при этом пальцем в награды: "Этот 200 тысяч, этот 200 тысяч, а вот этот 300 тысяч рублей". Это был орден Ленина».

Здесь бывали Бондарчук, Высоцкий, Марина Влади…

Через четверть века Александров и Орлова вернутся на «Баррандов», чтобы снять свой худший фильм. Вот как о советских кинематографистах вспоминает Йордан Балуров, много лет проработавший на «Баррандове». Наша коллега Ася Чеканова брала у него интервью в 2007 году.

«В 1973 году на «Баррандове» была создана группа по производству иностранных фильмов по заказу. Она работали исключительно с иностранными партнерами, в частности, с «Мосфильмом», и мне довелось поработать со многими прославленными актерами – с Высоцким, Бондарчуком, французом Робером Оссейном и его женой Мариной Влади. «Фильм «Скворец и лира» мы снимали в Мосте и в Праге, на «Баррандове». Это был шпионский фильм, который, как мне казалось, Александрову не подходил. Орловой тогда было уже семьдесят, а она играла сорокалетнюю разведчицу. Я вспоминаю, как меня поразило, что Орлова и Александров обращались друг к другу на «вы». Я его спросил, почему, а он сказал, что это привычка, традиция».

Григорий Александров часто бывал в ЧССР. В архивах удалось обнаружить интервью 1980 года, в котором режиссер вспоминает о фильме «Октябрь» 1927 г., в котором он работал с Сергеем Эйзенштейном. «Чешское Радио» в то время было «Чехословацким», и интервью Александрова звучит в переводе на словацкий язык.

«Майские звезды», Фото: открытый источник«Майские звезды», Фото: открытый источник «В то время еще мало было книг об Октябрьской революции, и историки не успели написать, и участники опубликовали мало воспоминаний. Однако мы организовали совет, состоявший примерно из ста человек, все – участники революции. Мы вместе ходили по Ленинграду, и они показывали нам, где что происходило. Фильм имеет историческую ценность не только потому, что показывает события той октябрьской ночи, но и потому, что Ленинград еще не был затронут реконструкцией. Многие из этой группы сами захотели сыграть в этом фильме, в сценах, где они реально действовали в момент революции…» Стоит напомнить, что фильм Эйзенштейна, чей режиссерский талант явно не вмещается в рамки соцреализма, очень далек от реальных событий большевистского переворота…

В 1957 г. на экраны вышел совместный чехословацко-советский кинофильм» «Майские звезды», автором сценария которого стал чешский писатель Людвиг Ашкенази, а режиссерами – Станислав Ростоцкий и Станислав Стрнад. Там снимались самые популярные чехословацкие и советские артисты, такие как Марта Майева, Яна Брейхова, Вячеслав Тихонов, Николай Крючков и другие. В четырех новеллах авторы фильма рассказывают об освобождении Праги 1945 г. Несмотря на идеализированный характер повествования в духе идеологии социализма, лента интересна тем, что снималась на месте реальных событий.

В 1962 г. Юрий Озеров снял на «Баррандове» ленту «Большая дорога», в основу которой лег литературный вариант биографии Ярослава Гашека. Роль чешского писателя сыграл известный чешский актер Йозеф Абргам, а русского офицера Поливанова – Юрий Яковлев.

Следует отметить, что Юрий Озеров широко пользовался возможностями привлекать для реализации своих проектов кинокомпании советских сателлитов. Так, в его помпезной эпопее «Солдаты свободы», снятой при поддержке, в том числе и «Баррандова», помимо Сталина, Брежнева, Рузвельта, Гитлера, появляются и все лидеры соцблока, включая, разумеется, Клемента Готвальда, роль которого исполнил Богуш Пасторек, уже появлявшийся в этом обличии в ленте Отакара Вавры.

Дорогая «Битва за Москву» под Мостом

В годы нормализации киностудии пришлось взять курс на «широкое сотрудничество с кинематографами соцстран», и в средствах на это не скупились. Когда поступал «сигнал сверху», «Баррандову» приходилось готовиться к очередному совместному с СССР кинопроекту. В 1978 г. Витаутас Жалакявичюс снял здесь антиамериканскую ленту «Кентавры», в 1984 г. Сергей Герасимов – дилогию «Лев Толстой».

«Битва за Москву»«Битва за Москву» Еще одной дорогостоящей главой «советской» истории «Баррандова» стала киноэпопея того же Юрия Озерова «Битва за Москву». Это был крупный проект, к которому «Мосфильм», помимо Чехословакии, привлек ГДР и даже Вьетнам. «Баррандову» эта пропагандистская картина обошлась в 15,5 миллиона крон, что составляло четверть всех расходов студии на кинопроизводство.

2 августа 1983 г. «Чехословацкое Радио» подробно рассказывало о начале этих масштабных съемок. «Безлюдный Долни Ержетин в районе город Мост, жители которого в связи с расширением добычи бурого угля переселились в современные поселки, с сегодняшнего дня превратилось в место «ожесточенных боев». Народный артист СССР Юрий Озеров начал снимать там сцены своего нового фильма «Битва за Москву». Помимо артистов, в съемках принимает участие более 500 солдат, 25 старинных танков и другая историческая техника, включая перекрашенные самолеты Общества содействия армии из Сазавы».

Репортажи о чехословацко-советском проекте шли по радио один за другим: «250 лучших актеров из СССР, Чехословакии и ГДР играют в киноэпопее «Битва за Москву», режиссером которой выступает народный артист СССР Юрий Озеров. Некоторые из эпизодов фильма снимаются у нас, в районе города Мост».

Одновременно Озеров дает интервью: «Я участвовал во Второй мировой войне, тогда мне было 19 лет. Я начинал простым солдатом, а заверши войну в звании майора, командиром батальона. Когда потом я окончил режиссерский факультет, то почувствовал, что у меня есть долг перед самим собой, перед своей молодостью – рассказать правду о Второй мировой войне».

Советские режиссеры любили «Баррандов», и если им предоставлялась возможность «выбить» съемки в Чехословакии, охотно сюда ехали. Сейчас в «Баррандов» приезжают уже не как в «Красный», а как в «Европейский Голливуд». «Сибирский цирюльник» Никиты Михалкова, «Королева Марго» Сергея Жигунова, «Романовы. Венценосная семья» Глеба Панфилова, «1612» Владимира Хотиненко, «Ирония судьбы. Продолжение» Тимура Бекмамбетова, «Фауст» Александра Сокурова, «Трудно быть богом» Алексея Германа – все эти известные картины снимались при участии киностудии «Баррандов».