«На пути к демократии» О бедном гусаре замолвите слово…

Президентская гвардия (Фото: ЧТК) Весной 2002 года чешская общественность была не шутку взбудоражена. Все телеканалы, все издания – от «жёлтых» до «серьезных» – смаковали подробности «орального изнасилования» капитаном Президентской гвардии своих подчиненных. Прошло несколько лет, и обвиняемому Милошу Тополовскому удалось доказать в суде свою невиновность. За эти годы он лишился всего, чем жил: возможности видеть родных, работы, спокойствия и уверенности в себе.

Полиция арестовала Тополовского и поместила в СИЗО на три месяца. Прокурор выдвинул обвинение в изнасиловании трех солдат срочной службы и в двух попытках изнасилования. Чешская общественность тогда впервые узнала, что изнасилование может быть и оральным. Государственный обвинитель исключительно на основании показаний «потерпевших» требовал до восьми лет тюрьмы.

«Бульварную» прессу и такое же телевидение я цитировать не буду, хватит и тех, которые считаются солидными. Вот всего лишь парочка заголовков: «Пожизненный извращенец» («REFLEX») или «Капитанские утехи» («TÝDEN»).

Процесс начался почти через год после ареста, в феврале 2003 года. Вердикт суда, датированный июнем 2004 года, гласил: два года условно. Тополовский подал апелляцию. Прокурор тоже. Почувствовав, что дело разваливается, он лишь требовал ужесточения условного наказания. На суде «потерпевшие» допустили возможность, что они давали ложные показания. В ноябре 2004 года процесс был обновлен, и 1-го марта следующего года был вынесен окончательный вердикт: «Невиновен по всем пунктам обвинения».

Милош Тополовский ныне неохотно общается с журналистами, но для Радио Прага он решил сделать исключение. Мой ему первый вопрос:

– С чего всё началось?

– Одного солдата уличили в употреблении спиртных напитков в казармах. В свою защиту он сказал, что многие этим занимаются. И не только этим, а еще и сексом однополым. При этом он назвал имена нескольких своих сослуживцев. Началось расследование, и упомянутые солдаты решили всё повесить на меня».

– Каким образом сор из избы был вынесен на жадные до сенсаций страницы газет и экраны телевизоров?

– Единственная, на мой взгляд, возможность – прямиком из уголовного дела. Некоторые щекотливые детали они могли узнать только из дела. Таково моё подозрение, но полиция, разумеется, его опровергла. Я даже жаловался в министерство внутренних дел на следователя, который лично давал интервью перед телекамерами. Обычно это делает пресс-секретарь полиции.

Милош Тополовский тотчас же превратился в героя месяца, но в героя отнюдь не положительного.

– Решение поведать о себе миру должно быть добровольным, а тут без моего на то желания вся страна узнала о том, что я гей. На меня показывали пальцем в транспорте и на улице, и реакции были далеко не безобидными. К этому было очень тяжело привыкнуть.

– Близким тоже, поди, пришлось несладко?

– Главное – это проблемы родителей и близких. Большинство из них живут в небольшой деревеньке. Я им открыто не говорил, что я гей, и они узнали это из СМИ. А в довесок к этому и то, что я арестован и нахожусь под стражей за изнасилование. Я долго не мог осмелиться показаться им на глаза. Я не видел своих родителей семь лет.

– А что друзья?

– Было тяжело осознавать, что все вокруг меня были уверены в том, что меня отправят на пару лет за решётку. Но я верил в справедливость, я был уверен в том, что мне удастся процесс выиграть.

– Это вы сейчас говорите об уверенности, а тогда, насколько я помню, газеты писали и о том, что вы пытались свести счеты с жизнью?

– Дело длилось очень долго, я почти год ждал первого слушания в суде. За этот год чувство уверенности в своей правоте не раз сменялось тотальной депрессией. Я действительно некоторое время провел в психиатрической больнице. Антидепрессанты помогли мне совладать с ситуацией.

– А что все эти солдаты, которые давали ложные показания? Они были наказаны?

– Для большинства всё обошлось без последствий. Прокурор не стал их обвинять. Я не знаю, почему.

Думаете, хоть кто-то из журналистов извинился? Флагман, казалось бы, чешской ежедневной журналистики, газета «MLADÁ FRONTA DNES», которая 24-го апреля 2002 года выдала на своих страницах материал с подзаголовком «Психолог Президентской гвардии изнасиловал шестерых солдат», и та обошлась без извинений. О «бульварных» изданиях, понятно, и говорить не стоит.

– Хорошо, ну хоть по телевизору были сюжеты о том, что вы выиграли дело?

– Парадоксально, но редакторы телеканала Nova, которые, собственно, заварили кашу, и еще даже хвастались, что они, мол, первые, кому удалось отыскать щекотливую информацию, так вот, они решили обойти финальный вердикт суда полным молчанием.

Ладно, хоть остальные худо-бедно, но информацию до зрителей донесли. Не в том, разумеется, объеме, что в момент рождения сенсации, но и на том спасибо. Газеты, по большей части, отделались несколькими сухими строчками а-ля телетайп. Милош Тополовский поначалу хотел подать на них в суд, но десяти слушаний суда предыдущего ему вполне для ночных кошмаров хватило. Да и адвокаты не особо ему советовали ввязываться в новые тяжбы, которые тянулись бы годы.

Думаю, излишне говорить, что Тополовскому пришлось уйти в отставку. И тут оказалось, что найти работу ему будет отнюдь не просто:

– Это оставляет след, это тянется за вами по пятам. Люди, к которым я приходил на собеседование, помнили меня по фотографиям в газетах. Проблема найти работу была актуальной вплоть до недавнего времени.

Вот какой вопрос меня занимает. Со стороны журналистов это была голая погоня за сенсацией с последующим ее смакованием в угоду читателям, или же непрофессионализм, неумение отличить реальные события от, скажем, показаний свидетелей? Что на это Милош Тополовский?

– Подобное дело было первым в Чехии, и журналисты просто не были к такому готовы. До моего случая они всегда информировали по факту, после того как им в руки попадало решение суда. Обо мне же они раструбили по всему свету задолго до начала процесса. Причем, исключительно в негативном ключе. Задолго до суда появились утверждения, что я насиловал солдат пачками. Заметьте, без вопросительного знака – как свершившийся факт! Журналисты взяли на себя роль судей и палачей за год до того, как был вынесен приговор.

– Насколько, по вашему мнению, массмедиа повлияли на вашу дальнейшую жизнь?

– Даже теперь, когда я смотрю на всё это через призму времени, я могу с уверенностью сказать, что они мне испортили всю жизнь.

Этическая комиссия при Синдикате журналистов признала, что в деле Тополовского редакторы допустили грубое вмешательство в частную жизнь, не приняв во внимание презумпцию невиновности. Заключение оной комиссии не имеет никакой юридической силы, но это, собственно, и есть вся Милошу Тополовскому сатисфакция.